Книга Ловец Мечей, страница 184 – Кассандра Клэр

— Да, видел, – сухо произнес Кел. – По крайней мере, видел работу художника, не обделенного воображением.

Он взглянул на Конора, который со смехом наблюдал за Шарлоном Ровержем. Роверж сооружал из бутылок ликера палит новую мишень. Несколько слуг все же осмелились войти в зал и сейчас сновали между столами, собирая осколки. Монфокон следил за всей этой деятельностью с непроницаемым выражением лица.

Кел повернулся к Фальконету.

— Можно задать тебе вопрос?

— Задать вопрос ты всегда можешь, – хмыкнул Фальконет. – А вот получишь ли ты ответ…

— Мне нужна информация, – сказал Кел. – Я случайно услышал, как королева назвала Артала Гремонта «чудовищем». – Ему пришлось немного слукавить. – Ты не знаешь, что она имела в виду? Почему его отправили в ссылку?

— Хм…

Фальконет, видимо, размышлял о том, стоит ли отвечать, и думал так долго, что Кел уже перестал надеяться. Затем аристократ произнес:

— Он никогда не отличался добродетелью, насколько я понимаю. Но кончилось тем, что он воспылал страстью к дочери одного ремесленника. Разумеется, он не мог взять ее в жены. Но все-таки предложил родным сделать ее своей официальной любовницей. За внушительную сумму. – Фальконет рассматривал свои безупречные ногти. – Увы, ее отец оказался из респектабельных. Хотел, чтобы дочь вышла замуж, ему не нужны были незаконнорожденные внуки. Гремонт устроил так, что отца девицы бросили в Талли по сфабрикованному обвинению, а в его отсутствие… воспользовался дочерью.

Келу стало нехорошо.

— Изнасиловал ее.

— Вот именно. А отец покончил с собой в Талли. Но у него были влиятельные друзья в городе. Начались разговоры о судебном разбирательстве. Арталу приказали уехать из страны, и скандал замяли. Девушке дали немного денег в качестве компенсации.

Фальконет говорил обо всей этой истории с отвращением, и Кел решил, что в глубине души он не так уж плох.

— Эта дочка ремесленника, – спросил он, – ее звали Алис Аспер?

Фальконет порывисто обернулся и взглянул Келу в лицо.

— Тебе действительно многое известно, хотя ты предпочитаешь помалкивать, – пробормотал он. – Так?

Кел не успел ответить: кто-то тронул его за плечо. Это была Дельфина.

— Прошу прощения, сьер. Гаскет желает поговорить с вами.

Кел спрыгнул со стола.

— Извини, – обратился он к Фальконету. – Хирург требует меня к себе.

— Разумеется, – кивнул тот. – Необходимо осмотреть твои увечья, печальный результат падения с лошади по личным причинам.

Кел вышел следом за Дельфиной во двор. Ливень прекратился, в саду пахло цветами, влажной землей, травой и известняком – смесью горько-сладких ароматов дождя и моря.

Остановившись под аркой, с которой капала вода, служанка произнесла:

— У меня для вас письмо, сьер.

И она протянула ему сложенный лист бумаги.

Кел прочитал записку и поднял голову. Дельфина с любопытством смотрела на него.

— Значит, Гаскету не нужно меня видеть.

Дельфина покачала головой.

— Кто дал тебе эту записку? – спросил Кел.

Она улыбнулась. Он ничего не мог прочесть по ее лицу.

— Поверьте, я не знаю. Во дворце столько народу, трудно запомнить все лица.

И она поспешила в сторону кухонь.

Кел еще раз перечитал записку. На бумагу попали брызги дождя, и чернила начинали расплываться. «Встретимся у ворот Солта. Вы передо мной в долгу. Лин».