Книга Ловец Мечей, страница 167 – Кассандра Клэр

— Словно ты не ее принц? – подхватил Кел. – Но ты же знаешь, что у ашкаров есть собственный принц в изгнании. Эксиларх.

— Я об этом забыл, – пробормотал Конор. – В любом случае…

— Как ты мог об этом забыть, если она приходится Майешу внучкой, – хмыкнул Кел.

Он сам не знал, зачем продолжает этот разговор. Кел часто думал, что его цель не только защищать Конора от физической угрозы, но защищать, если можно так выразиться, его душу. Никто не следил за его моралью, никто не внушал ему каких-то принципов – может, лишь Джоливет время от времени говорил несколько слов да Майеш давал совет. И уж во всяком случае никто не следил за тем, чтобы Конор следовал этим принципам в атмосфере, где не ценились ни добродетель, ни сострадание, ни умеренность. Возможно, Кел чувствовал, что никто, кроме него, не расскажет принцу о разнице между добром и злом – хотя его самого нельзя было считать знатоком в таких вопросов.

— Ты хочешь, чтобы она тебя боялась?

Конор убрал с лица волосы и пристально взглянул на Кела.

— Боялась меня? Могу сказать, что она боится кого угодно, но только не меня, Келлиан.

— И это тебя беспокоит?

— Когда я вижу ее, я чувствую себя так, словно стоял слишком близко к огню и летящие искры оставили на моей коже множество ожогов. – Конор надулся. – В ту ночь, когда она спасла тебе жизнь, я хотел заплатить ей. Она отказалась взять предложенную плату… – Он поднял руку и показал Келу печатку с синим камнем на безымянном пальце правой руки. – Я думаю, что, если бы она взяла перстень, я бы успокоился. Мне не нравится то, что я ей обязан.

— Думай об этом как о долге перед Майешем, – предложил Кел. – Мы все ему обязаны и привыкли к этой мысли.

Конор недовольно поморщился, и Кел решил, что пора сменить тему.

— Итак, – спросил он, – что бы ты ответил, если бы я сказал, что не хочу больше быть Кираларом? Что хочу покинуть Маривент?

— Я бы позволил тебе уйти, – ответил Конор. – Ты не узник.

— Вот и ответ на твой вопрос, – сказал Кел. – Если бы я захотел уйти, я бы ушел. Если тебе больше не нужен Ловец Мечей, это твое решение, но ты не должен отказываться от моей службы ради меня.

Конор молчал.

— Я учился этому почти всю жизнь, – добавил Кел. – Я горжусь своей должностью и тем, что делаю, Конор.

— Несмотря на то, что об этом почти никто не знает? – криво усмехнулся принц. – Несмотря на то, что твои героические поступки навсегда останутся секретом?

«Почти никто – это преувеличение, я бы сказал», – мрачно подумал Кел. На его взгляд, «секрет» был известен слишком многим, но он не мог обсуждать эту проблему с Конором.

— Не такой уж я герой, – буркнул он. – Весь героизм состоит в том, чтобы выслушивать твои жалобы на жизнь. И храп.

— Это государственная измена. Я не храплю, – с преувеличенным достоинством возразил Конор.

— Человек, который храпит, никогда не верит в это, – сказал Кел.

— Государственная измена, – повторил Конор. – Подстрекательство к мятежу. – Он поднялся, потянулся и зевнул. – Оказывается, я совсем забыл малгасийский язык. К счастью, у меня есть новый плащ, отделанный перьями черного лебедя. Это должно отвлечь госпожу посла.

— Дорогой, наверное, – заметил Кел и тут же понял, что этого говорить не следовало.

Конор опустил руки и взглянул на Кела без улыбки. Потом холодно произнес: