Книга Терновая цепь, страница 257 – Кассандра Клэр

Их тела соприкоснулись, и ей стало жарко, но она все тянулась к нему, стараясь прижаться крепче. Он ахнул, прошептал что-то вроде проклятия, вцепился в ее бедра, придавил к кровати; наклонившись, он без конца целовал ее шею, проводил по ней языком. Корделия не заметила, как он избавился от брюк, и внезапно осознала, что на нем не осталось одежды; а он уже снимал с ее плеч сорочку, покрывая поцелуями тело. И когда сорочка сползла с груди, Корделия поняла, что больше не может сдерживаться. Всхлипывая, она умоляла его продолжать, и он целовал ее все более страстно, ласкал и гладил все ее тело, прикасался так, как она представляла в мечтах, и делал то, чего она даже не могла вообразить.

И все это время Джеймс не отрывал взгляда от ее лица, словно ему необходимо было видеть ее восторг, исступление, желание. Несмотря на нетерпение, он был с ней нежен и осторожен, как будто боялся испугать или причинить Корделии боль. В конце концов она принялась торопить его, осыпала жаркими поцелуями, чтобы лишить Джеймса остатков самообладания.

— Ты готова? – прошептал он.

Его голос был хриплым, чужим, желание душило его, и она выгнулась навстречу ему и сказала, что да, она готова, и все повторяла: «Прошу тебя».

Когда-то ей в весьма туманных выражениях рассказывали, что будет больно, и действительно, она испытала слабую, мимолетную боль. Заметив выражение страха в его глазах, она сжала коленями его бедра, и шепотом попросила не останавливаться. Корделия говорила Джеймсу такие вещи, от которых потом краснела; он держал ее в объятиях и целовал, пока они двигались в едином ритме, и боль сменилась постепенно нараставшим сладостным ощущением; вскоре она уже отчаянно цеплялась за его плечи, кричала все громче, бессвязно умоляла не уходить, остаться с ней, а потом перед глазами что-то взорвалось и разлетелось на тысячи сверкающих осколков, ее опалило пламя, но это было пламя высшего, совершенного наслаждения.

— Передай мне мыло, – ласково произнес Джеймс, поцеловав обнаженное плечо Корделии.

— Ну уж нет, – ответила она. – Я удобно устроилась и не сдвинусь с места.

Джеймс рассмеялся, и Корделия почувствовала, как содрогается его тело. Они сидели в ванне вместе – несмотря на неуверенность в своих чувствах, Джеймс, к счастью, еще до свадьбы предусмотрительно заказал большую ванну, в которой хватало места для двоих. Он сидел, прислонившись спиной к бортику, а Корделия полулежала в его объятиях, откинув голову назад. Джеймс налил в ванну средство для мытья с ароматом лаванды, и Корделия со смехом зачерпывала пригоршни белой пены и покрывала ею грудь и плечи.

Он лениво перебирал ее влажные волосы. На улице пошел снег, и пушистые хлопья медленно пролетали мимо окна.

Корделия никогда до сегодняшнего дня не находилась полностью обнаженной в одном помещении с другим человеком, если не считать матери, но это было очень давно. Она испытала минутное смущение в спальне, когда Джеймс снял с нее сорочку. Но его взгляд заставил ее забыть о стыдливости. Он смотрел на нее так, словно никогда не видел такого чудесного зрелища.

И вот они были вместе, муж и жена, теперь уже по-настоящему. В ванной, в мыльной воде, покрытые пеной. Корделия прижалась затылком к плечу Джеймса, подняла голову, чтобы поцеловать его подбородок.