Книга Король старьевщиков, страница 308 – Кассандра Клэр

— Не более реальная, чем моя, – кивнул он. – Например, ты знаешь дом Ровержей не хуже своего собственного. Ты привела меня в подвал, чтобы я мог увидеть там ящики с такими же этикетками. После бала я расспросил Шарлона. Он сказал, что это подарок, и я ему поверил. Ты знала, что я ищу на Горе сообщника Проспера Бека, который давал ему деньги, и хотела, чтобы я заподозрил Ровержа.

— Очень хорошо, – пробормотала она. – Но недостаточно хорошо. В тот вечер ты еще ничего не понял.

— Конор рассказал мне о подземных ходах под вашим домом, – продолжал он. – По этим туннелям ты уходила и возвращалась незамеченной, верно? И в конце концов, амулет. – Он подергал за золотую цепь, висевшую у него на шее. – Джеррод заколол Гремонта на Тиндарисе. Почему он бросился на Гремонта? Во-первых, он знал, что амулет фальшивый; об этом ему сообщила Алис Аспер. Но он работал не на Алис Аспер. Джеррод всегда был твоей правой рукой. Он был предан Беку, то есть тебе, Антонетта. А ты была твердо намерена выйти замуж за Гремонта. Джеррод не тронул бы его, если бы он думал, что Гремонт нужен тебе живым; он знал, как это расстроит Меррена. Что заставило тебя передумать?

Она помолчала немного и неохотно ответила:

— Сначала я не знала, что Гремонт работает на малгасийцев. Потом он откуда-то узнал, что я знакома с Беком. Он не знал, что Бек – это я. Он потребовал, чтобы я устроила им встречу.

— Ты попыталась обмануть его с помощью той же уловки, что и меня? Послала на встречу подставного Проспера Бека?

— Да, – ответила Антонетта.

Одно лишь короткое слово, но Кел ощутил горький привкус во рту. Горько было сознавать, что в этом деле она обращалась с ним не лучше, чем с Арталом Гремонтом.

— Но Гремонт пришел на встречу с малгасийской принцессой. Джеррод присутствовал там. Стало ясно, что Гремонт во всем подчиняется ей. Он сделал бы все, что она приказала. Если бы она потребовала, чтобы он перерезал мне горло в бальном зале Дома Аллейнов, он сделал бы это и не испугался бы изгнания. Выходить за него замуж было слишком опасно. Мне пришлось отказаться от этого плана.

— Понятно. А потом… на Балу Солнцестояния. Когда ты сказала Конору, что мне нельзя доверять.

Она прикусила губу.

— Кел…

— Не надо, – отрезал он. – Сначала я подумал, что ты действительно ничего не знаешь и обращаешься к Конору. Пока ты не начала перечислять вещи, которые я совершил ради Конора, подвергая себя опасности. Ты сказала: «Он хотел избавить вас от Проспера Бека, которому вы были должны большую сумму». Но ты никак не могла узнать об этом. Никто этого не знал… кроме самого Бека.

Антонетта прикрыла глаза.

— Глупо, – пробормотала она. – Очень глупо…

Он сделал шаг ей навстречу; она не пошевелилась.

— Ты помнишь наш разговор в подвале дома Ровержей? Когда я помог тебе перевязать рану? – Он положил руку ей на талию, туда, где когда-то была рана. Он чувствовал тепло ее тела сквозь ткань брюк, он мог нащупать изгиб ее бедер. – Ты сказала мне, что поранилась во время тренировки с мечом.

— Нельзя стать Проспером Беком, не получив пару царапин, – пробормотала Антонетта, и он услышал, что ее голос слегка дрожит. Она подняла на него глаза. В полумраке они казались темно-синими. – А что насчет медальона?

— Да. Ты приказала мне украсть у тебя медальон, – ответил он. – Ты знала, что я открою его и найду колечко из травы. Ты знала, что я буду мучиться, размышляя о том, что это означает.