Книга Король старьевщиков, страница 192 – Кассандра Клэр

Он поднял руку, приказывая ей молчать.

— Твоя преданность деду вполне естественна, – начал он. – Но…

— Преданность.

Лин заметила, что горечь, с которой она произнесла это слово, удивила Арона.

— Я, по-вашему, предана Майешу? Когда-то я чувствовала то же, что и вы. Я ненавидела его. Я считала, что он отказался от меня ради власти и высокого положения.

Глаза цвета бронзы сузились.

— А сейчас?

— Сейчас я понимаю, что он по-своему пытался защитить меня; хотел защитить нас всех. Столкнувшись с выбором между одним человеком и народом, Майеш всегда выберет народ. Поэтому он хороший советник.

— Но, – усмехнулся Арон, – не очень хороший дед.

— Он – наш голос на Горе, – тихо сказала Лин. – Мы все знаем, что произошло в Малгаси. Там у ашкаров не было заступника, и поэтому наши сородичи были перебиты или изгнаны из страны. Я думала, что эксиларху, по крайней мере, небезразлично…

— Ты решила, что судьба нашего народа мне безразлична? – Он уставился на нее, онемев от изумления.

Лин слышала доносящийся издалека голос иерофанта, который молился Айгону: просил Бога окружить Анжелику и Конора безопасными водами, даровать их союзу силу моря, надежность прилива, супружескую верность.

Конор и супружеская верность? Лин прикусила губу.

Она уже думала, что Арон сейчас накричит на нее. Вместо этого он невозмутимо произнес:

— Я тебя не понимаю, Лин Кастер. Ты не так проста, как может показаться на первый взгляд. Я смотрю в твои глаза и вижу в них пламя. И я думаю: неужели это пламя Богини? Пламя, ради встречи с которым я появился на свет? Но вокруг тебя… вокруг тебя я вижу только тьму.

Лин невольно вздрогнула, и как раз в этот момент к ним подкатила красная карета, украшенная позолотой. Из окна высунулся Джоливет.

— Вам велели ждать у Храма.

Лин смотрела на него с вызовом.

— Я не получала письма с подобными инструкциями.

Джоливет поморщился, как будто услышал несусветную чушь.

— Просто садитесь в карету, – приказал он. – У нас мало времени.

Странно, что Джоливет говорил об их делах так свободно в присутствии Арона, постороннего человека, – но, когда она обернулась, чтобы попрощаться с Ароном, рядом никого не было. Он исчез, словно призрак; как Лин ни старалась, она не смогла найти его в толпе.

А он, наблюдал ли он за ней? Лин не могла избавиться от чувства, будто за ней следит чей-то тяжелый взгляд. Когда она случайно обернулась в сторону Храма, оказалось, что принцесса опустилась на колени перед священником, а Конор стоял рядом с ней, положив руку на эфес меча. Он не смотрел на иерофанта; он смотрел прямо в лицо Лин, и даже с такого расстояния его взгляд казался острым, как стальной клинок.

Гора раскалилась под лучами полуденного солнца. Кел шел к дому Антонетты пешком. Он, конечно, мог бы позаимствовать Асти, но ему почему-то казалось, что сейчас он должен действовать сам, один, без всякой поддержки со стороны Дворца, и что ему не следует даже брать лошадь из королевской конюшни.

Приближаясь к особняку Аллейнов, он невольно подумал о церемонии на площади Валериана. Конор сейчас находился там, получал благословение иерофанта. Он тоже был один. Разумеется, его окружали телохранители, Майеш, Семьи Хартий (кроме Аллейнов, поскольку Лиорада осталась дома под предлогом болезни); но, по представлениям Кела, если Конор появлялся на публике без своего Ловца Мечей, значит, он был один.