Книга Злодейский путь!.. Том 9, страница 82 – Эл Моргот

Лекарь покачал головой.

— Это все, что я могу сказать. Может быть, дело в физическом истощении. Возможно, он очнется, когда отдохнет.

— Возможно?! – завопил Ал. – Возможно?! Это все, что вы можете сказать?! А что, если он не очнется?! Что?! Вы возьмете ответственность?!

Лекарь выслушал эту истерику с завидным хладнокровием.

— Это все, что я сейчас могу сделать, – произнес он, подхватил свою сумку и быстро вышел из комнаты.

Ал, тяжело дыша, перевел взгляд на Шена. Не в силах успокоиться, он стал расхаживать у кровати, запустив пальцы в волосы.

Он ходил так довольно долго. Шен за это время не шелохнулся. Злость Ала уступила место обреченной апатии. Он посмотрел на Шена, подошел ближе и поправил одеяло, внезапно забеспокоившись, что тому может быть холодно. Ал дотронулся до его руки, проверяя, не заледенели ли пальцы. Они были прохладными. Не разрывая прикосновения, он опустился на стул, на котором до того сидел лекарь, обхватил руку Шена, наклонился, немного подул на пальцы теплым дыханием и замер так.

Спустя долгое время он выпрямился и негромко произнес:

— Вы знаете, откуда эти раны на его груди? Ведь не знаете, так? Вас ведь там не было.

Муан никак не проявлял своего присутствия с того момента, как явился Алу в лесу, и все же парень был уверен, что старейшина пика Славы находится рядом.

— Девять бессмертных мечей проткнули его насквозь, – процедил Ал. – Ка Рон, глава клана Меча, разрезающего туман. Лян Шуй, глава клана Нищих. Мо Хуа, глава клана Спелой вишни. Пан Бай из клана Ливневых гор. Ху Лю из ордена Белой зарницы. Четверо из объединения кланов Полевые цветы: Ван Ся, Нань Цяо, Гао Чжоу, Оу Хао. И Сэл Юар, глава ордена Великого неба, – именно он отдал остальным приказ. Каждый из них поплатится за содеянное. Я никого не забуду.

Слова упали. В комнате воцарилась звенящая тишина.

— Это было очень больно, – добавил Ал. – Это должно было быть невероятно больно. Однако, очевидно, не так больно, как потеря вас. – Он хотел, чтобы слова звучали язвительно, но голос подвел – в нем отчетливо читалась горечь.

Не отрывая взгляда от лица Шена, Ал продолжил говорить:

— Признаться честно, когда-то я думал, что вам бы лучше исчезнуть. Я верил, что Шен бы со временем забыл о вашем существовании… Но то, что произошло, заставило меня пересмотреть взгляды на многие вещи. Я так хотел помочь ему. Я делал все, что было в моих силах. Но он даже не заметил, что я все это время был рядом.

Молчание и тишина были ему ответом.

— Он сильно изменился с тех пор. Ловя его взгляд сейчас, я вижу бездну. И боюсь, что в погоне за вами он потеряет себя.

Ал опустил руку Шена на кровать, еще сильнее согнулся к своим коленям и с силой сжал пальцами виски. Следующие слова прозвучали глухо:

— Я надеюсь, что вы вернетесь и Шен снова будет собой. Потому что, если нет… Будьте уверены, я умру и стану призраком, но достану вас. Даже если вы уйдете в круг перерождения, я смогу добраться до вас. Я верну вас и заставлю быть настолько жалким, насколько только возможно, чтобы Шен отверг саму мысль о преданности такому презренному человеку.

Ал не знал, что Шен чувствует боль не только из-за своих ран. Об этом знал Муан. И сейчас, слушая слова этого мальца, он был рад, что не может ему ответить.