Книга В моем болоте утонула ведьма, страница 120 – Молли О'Нилл

А теперь Ольховый король напомнил о старых легендах. Я воскрешала картины в памяти, будто шатая языком зуб. Вот я стою у колодца и беседую с Мерлином. Но, как ни старалась, я не могла вспомнить, где именно это место. Рокочущий голос мага звучал невыносимо близко, и на лице его играли блики от свечей.

Я смотрела в очаг и вдыхала горький запах древесного дыма, снова и снова перебирая обнаженные воспоминания. Память о прошлом сменялась тревогой о будущем. Ольховый король – воплощенное чистое зло, но, насколько возможно, он был честен со мной. Я это знала и, всю ночь промучившись сомнениями, не нашла иного пути.

Рассветный луч просочился сквозь ставни, и в честь нового дня раздался громкий стук в дверь. Это был тот же крепкий мужчина, который вчера приносил дрова. В руках он держал полный поднос свежих булочек. Ольховый король отпустил его щелчком пальцев и принялся поглощать еду. Я встала и подошла к столу, но мне угощения не предложили.

— Ну так что, Дженни, – сказал Король с набитым ртом, – вспомнила что-то полезное?

— Почти, – ответила я, глядя, как с губ его сыплются крошки. – Я помню, что знала, где это. Думаю, если пройдусь по деревне, то смогу отыскать колодец.

Пожав плечами, Король вытер губы.

— Как угодно. Можешь ходить где захочешь, но к лесу и озеру не приближайся. Мои чары тебя остановят, если попробуешь улизнуть.

Я кивнула.

— А как же мои друзья? Дай слово, что их не тронут.

Король поставил тарелку.

— Гоблин останется в кандалах, пока ты не выполнишь наш уговор. Что же касается ведьмы… – Он откинулся на спинку стула. – Ведьма – другое дело.

В горле застрял холодный комок.

— Какое другое? – огрызнулась я.

Король улыбнулся.

— Ну, я же все-таки пастор. Я должен ведьму казнить. Моя паства не примет иного решения.

— Не смеши. – Сердце у меня заколотилось. – Ты же сам вверг людей в сумасшествие. Ты наслал на них чары.

— Всего лишь немножко помог, – ответил Король. – Их было поразительно легко убедить, даже с учетом того, что это смертные. Но суть не в том. Ведьма, рожденная в Авалоне, – это угроза, которой нельзя допустить. Она мне однажды уже помешала.

— Так держи ее под замком! В тот раз она бы не вырвалась, утонула бы, если б я ее не спасла.

— Вот именно потому мы сейчас с тобой и беседуем, Дженни. Сама заварила кашу – сама и расхлебывай.

Я воззрилась на Короля.

— Что ты имеешь в виду?

— Я имею в виду, что теперь ты сама бросишь ведьму в озеро. – Король поднял палец. – И на этот раз безо всяких фокусов: сперва перережешь ей шейку. Сделаешь все как следует.

— Еще чего не хватало! – зашипела я. – Темперанс – моя подруга. Я не стану ее убивать.

— Либо ты, либо я сам управлюсь. Но учти, Дженни, если придется мне, то ведьмой дело не ограничится. С ней отправятся муж и дети.

Я застыла. Мне хотелось с рыком броситься на него, вцепиться зубами в горло. Я почти ощущала во рту вкус крови, горячей и пряной. И правда, я чуть не прыгнула. Ольховый король наблюдал за мной с легкой усмешкой, будто ждал, сорвусь я или нет.

— А ты думала, Дженни, все будут жить долго и счастливо? Фейри не дружат со смертными. У тебя будут новые дочери, ведьмины дети и муж не пострадают, а твоей щуке достанется сытный обед.

Я смотрела на Короля. Он больше даже не пытался скрыть улыбку. И я поняла: он хотел, чтобы я подчинилась, но в то же время и нет. И если бы я взбунтовалась, мне пришлось бы стоять и смотреть, как он убивает Темперанс со всей ее семьей и бросает их в озеро. Мой разум метался в поисках выхода, но паника не давала мне думать. Урсула и Джозайя… Я знала, чего бы хотела ведьма, пусть даже и не могла спросить. Подавив свои чувства, я надела бесстрастную маску и спокойно ответила: