Книга Разъяренный дракон, страница 299 – Цинхань Цэцэ

А-Нань одобрительно кивнула, опустила глаза и увидела на пальцах Чжу Юйхэна мелкие порезы от стальных нитей «Солнца и Луны». Эти непревзойденные руки, с первого взгляда покорившие ее сердце, теперь были покрыты мелкими ранками, распухшими и побелевшими в морской воде. На душе стало тяжело.

Чжу Юйхэну было плевать на раны, он лишь крепко сжал ее руку. Когда оба собрались с мыслями, А-Нань подняла браслет, Чжу Юйхэн приготовил «Солнце и Луну», и они вместе прицелились в механизм под собой. По знаку А-Нань бесчисленное множество световых точек устремилось вниз.

Все китовые усы, работающие во множестве хрустальных и каменных деталей, в одно мгновение были поражены, одни элементы заклинили, другие оказались расколоты. Однако хотя нефритовые лепестки «Солнца и Луны» сумели резко остановить механизм, но сами были хрупки и от удара разлетелись вдребезги.

Чжу Юйхэн остолбенел, замер, едва не захлебнувшись. Он поспешно вернул уцелевшие нити и пластинки в «Солнце и Луну», сжал механизм в руке. К счастью, китовый ус был упруг, а хрусталь тверд и хрупок, поэтому раскололось только несколько лепестков. И все же оружие, сделанное для него А-Нань, было повреждено.

Не успела девушка рассмотреть, что случилось, как статуя сильно содрогнулась. Птица создала последний всплеск, и огромная масса воды с диким, пронзительным свистом хлынула наружу, не разбирая цели, атакуя все вокруг.

Цзян Байлянь и Ци Ся, как раз перебиравшиеся через башню и уже почти добравшиеся до статуи, в одно мгновение оказались в самом центре бешеного вихря и потока, их вот-вот должно было унести.

А-Нань в ужасе пустила Сияющий луч, зацепилась за статую, оттолкнулась ногами, перевернулась в воде и стремительно рванула вперед, схватила Ци Ся за руку и с силой выдернула ее из водоворота. Не успела А-Нань повернуться назад, как в ушах раздался оглушительный грохот. Статуя, за которую она держалась Сияющим лучом, сильно задрожала. Водоворот крутился все интенсивнее, точка опоры заколебалась, и она чуть не потеряла контроль, едва не сорвавшись с Ци Ся и Цзян Байлянем вниз с башни.

Опустив глаза, А-Нань с ужасом увидела, что дрожит не статуя, а вся башня. Разрушенный ими механизм был тесно связан с башней под ним и теперь, когда он развалился, запустилось нижнее устройство, и вся каменная башня из белого мрамора начала медленно опускаться.

Из-под земли с бешеной силой вырывались огромные волны и пузыри. В этом оглушительном, всесокрушающем потоке грудь каждого пронзала острая боль, усиливавшаяся нехваткой кислорода. Ци Ся захлебнулась, вся сжалась, скорчилась от боли. Вокруг все ходило ходуном, они не могли удержать равновесие. Цзян Байлянь изо всех сил прижал к себе девушку, с трудом развязал мешок и придавил к ее лицу.

Не успела Ци Ся перевести дух, как в мутном потоке, смешанном с песком и пузырями, вырывающимися из-под земли, мелькнула серая тень. А-Нань, увидев ее, похолодела. Акулы, которых Цзян Байлянь, казалось, отвел подальше, вернулись и теперь, подхваченные бешеным течением, неслись прямо на них. В потоке было невозможно контролировать свое движение, столкновение с хищницами было неизбежным.

Акулы были огромны, покрыты грубой кожей, каждая весила несколько сотен, а то и тысячу цзиней. Если в этом бешеном потоке столкнуться с ними, шансов выжить не останется. Единственная возможность спастись – укрыться внутри полой статуи Будды. Судя по тому, как снизу вырывались вихри, место, куда опускалась башня, соединялось с огромной подводной пещерой, где можно было переждать опасность и найти способ выбраться из разрушающегося города.