Книга Разъяренный дракон, страница 287 – Цинхань Цэцэ

Они погружались постепенно, и вода плавно омывала их. Вдруг в этом спокойном течении Чжу Юйхэн уловил краем уха несколько тонких, едва различимых, но стремительных звуков. Они были необычайно тонки и остры – как весенний дождь, который, казалось, ты едва успел услышать, а уже насквозь промок.

Чжу Юйхэн мгновенно дал знак Цзян Байляню не приближаться, а сам резко оттащил А-Нань в сторону, уворачиваясь от струй, похожих на дождевые нити. В ослепительном свете Будды, заливавшем все вокруг, А-Нань лишь почувствовала, как мимо скользнули несколько ледяных полос, едва коснувшись кожи. От этого прикосновения, острого как бритва, у нее волосы встали дыбом.

Забыв про глаза, она резко подняла голову и посмотрела туда, откуда исходил свет. Священное, величественное сияние Будды излучало тысячи разноцветных лучей. Казалось, этот свет обрел плоть – тонкие, частые, стремительные нити, похожие на сотни шелковых лент, мерцая в воде, неслись на них, застилая все вокруг.

Положение было опасным, и они метнулись в ближайшую пещеру, ища убежища. Под водой было множество отверстий, не разбирая пути, А-Нань потянула Чжу Юйхэна в одно из них. Окинув взглядом помещение, девушка мысленно взвыла – внутри, кроме нескольких куч истлевшего, не поддающегося определению хлама, стояли только каменные гробы. Похоже, это была подводная усыпальница.

Свет не отставал. Тысячи белых лучей, подобно живым птицам, хлынули в пещеру и, подхваченные течением, ринулись за ними вдогонку.

А-Нань одним прыжком подскочила к гробу и сдвинула крышку. Чжу Юйхэн, хоть и не понимал, зачем ей в такой момент возиться с гробом, но, видя тяжесть крышки, тут же пришел на помощь. Вдвоем они, упершись, с силой столкнули крышку.

Подводные лучи были легкими, подвижными. От резкого толчка крышки поднялась мощная волна, которая подхватила подбиравшиеся к ним лучи и закрутила в огромный водоворот. Беспорядочные нити света закружились в белый смерч и вместе с тяжелой крышкой вылетели из пещеры, исчезнув в круговерти.

А-Нань и Чжу Юйхэн все еще не решались шелохнуться, боясь, что остатки света не ушли, и только теснее прижались друг к другу, замерев в ожидании, пока вокруг все успокоится.

Вода медленно застыла, а остатки света постепенно рассеялись.

Когда все стихло, Чжу Юйхэн достал мешок, сделал два вдоха, чтобы унять удушье от напряжения под водой, и протянул А-Нань. Та, хоть и плавала отлично, тоже начала задыхаться. Сделав два глубоких вдоха, она вдруг осознала, что это тот самый мешок, из которого только что вдохнул А-Янь. Подумав, что ее губы прикоснулись к тому же, к чему только что прикасался он и что в целом они сейчас так тесно прижаты друг к другу под водой, она почувствовала что-то странное, сунула мешок обратно ему в руку и невольно отвернулась.

Тут она заметила на дне несколько слабо мерцающих предметов, блестевших вместе с их движением. А-Нань подхватила один – это была очень тонкая и острая серебристая игла. Она проявлялась в виде слабой тени только тогда, когда вода колыхалась, иначе иглу было почти невозможно заметить.

Из чего они были сделаны – неизвестно. Они были невесомыми и невероятно тонкими, поэтому легко двигались вместе с водой. Стоило чему-то приблизиться к свету Будды и вызвать колебание воды, как иглы оживали и, следуя за течением, нападали на приблизившегося. Вонзившись в цель, иглы начинали слегка вибрировать и, очевидно, проникали по сосудам к сердцу, вызывая мгновенную смерть.