Книга Разъяренный дракон, страница 251 – Цинхань Цэцэ

— Чжу Юйхэн приказал тебе так сказать? – Чжу Синхэ резко оборвал ее.

Услышав это имя, А-Нань вздрогнула и прикусила губу. Лицо Господина то появлялось, то исчезало в мерцающем свете волн. Голос ее дрогнул:

— Он… он никогда такого не говорил. Но я все время думала об этом, мне кажется, это и есть наилучший исход. Смена династий – дело обычное. Бывало же такое, что потомки императоров уходили в тень, исчезали…

— Замолчи, – тихо произнес Чжу Синхэ. – Ты не жила моей жизнью, поэтому тебе не понять моего выбора.

Он не упрекал ее, не спорил, но он никогда прежде не говорил с ней таким спокойным, холодным тоном.

Звезды продолжали сияли, за бортом шумели волны. Чжу Синхэ повернулся и встал к ней спиной. А-Нань стояла позади, наблюдая, как его фигура, кажется, вот-вот исчезнет во тьме. Наконец не выдержала и спросила:

— Вы с Фан Бимянь… когда познакомились?

Чжу Синхэ чуть заметно вздрогнул, но не обернулся.

— Другими словами, вы с Зеленым лотосом… Вы уже давно на связи? Иначе как же так совпало, что Фан Бимянь, убив Мяо Юнвана, сразу бросилась в реку, а мы ее тут же спасли?

— Не надумывай, какая тебе польза от таких мыслей? – Чжу Синхэ поднял голову и посмотрел на холодный серп убывающей луны в небе. – А-Нань, раньше ты не была такой мнительной. Ты была куда милее.

А-Нань стояла не шелохнувшись. К горлу подступил комок, дышать стало трудно.

Лодка Сы Цзю наконец причалила. Он схватил А-Нань за руку, радостно восклицая. Та жестом велела ему не шуметь, не привлекать внимания на берегу, и молча поднялась на борт.

— А-Нань, ты все дела закончила? Больше не сбежишь?

— Угу, наверное, нет, – А-Нань говорила медленно, но чувствовала, как бешено мечется сердце в груди.

«Шаньхэ Шэцзи» на теле А-Яня… она еще не помогла ему разгадать загадку.

Но ведь она сделала все, что могла, дала ему последнюю зацепку. До десятого месяца, когда должен был лопнуть следующий меридиан, еще есть время. Она верила, что Чжу Юйхэн найдет ключ в городе под водами Бохая.

А вот она… удастся ли ей убедить Господина вернуться на далекий юг, туда, где им было лучше всего?

С тяжелым сердцем она взялась за весла и медленно погребла в море. Маленькая лодка постепенно удалялась по темно-синей глади, в которой отражались звезды, растворяясь во тьме.

На башне, где уже погасили все огни, у окна стоял Чжу Юйхэн. Опустив подзорную трубу, он молча смотрел на косые лучи заходящего над морем месяца.

— Ваше Высочество, перехватить их? – тихо спросил Вэй Ханчжи, подождав немного.

— Не нужно шума, – Чжу Юйхэн передал ему трубу, развернулся и широким шагом направился вниз. – Сначала проследим, вернутся ли они на тот остров, где обосновались хайкэ. Если там объявятся люди из Зеленого лотоса, тогда и уничтожим. Не раньше.

— Слушаюсь.

Ступив по сходням на сторожевой корабль, Чжу Юйхэн уже не увидел впереди той маленькой лодки. Донесения от разведчиков поступали одно за другим. Сторожевой корабль, не торопясь, вышел в море и, держась на безопасном, незаметном для противника расстоянии, взял курс в том же направлении.

Чжу Юйхэн стоял на носу, глядя на колышущиеся волны, и сжимал в руке «Солнце и Луну». В свете месяца жемчужина излучала слабое сияние, обнажая свою молочно-белую структуру. Она, как и нефрит, была нарезана тончайшими пластинками, скрепленными стальными нитями с медным основанием в форме цветочной чашечки. Жемчужина по-прежнему сохраняла круглую форму, но, взяв в руки, невозможно было не заметить, что она разрезана на части и невероятно остра.