Книга Разъяренный дракон, страница 141 – Цинхань Цэцэ

Чжу Юйхэн ничего не ответил, только холодно взглянул в окно на озеро Сиху. Бескрайняя гладь уже очистилась от мути после шторма и снова сияла прозрачной синевой. Мост Дуаньцяо и дамба Байшади пересекали озеро, ивы печально склонялись над водой – все было точно так же, как в тот день, когда они с А-Нань гуляли здесь.

Прошло немало времени, прежде чем Чжо Янь услышал его голос – низкий, со слегка уловимым оттенком усталости:

— Об этом Дун Лане… Продолжайте потихоньку наводить справки, но действуйте осторожно. Просто будьте внимательны.

— Слушаюсь.

Чжо Янь на цыпочках вышел. У дверей он вдруг услышал легкий царапающий звук, донесшийся из комнаты. Обернувшись, он увидел черную кошку с янтарными глазами, запрыгнувшую на подоконник. Она склонила голову набок, заглядывая внутрь.

Чжо Янь узнал ее – это была кошка, которую когда-то держала его «мать». После того как Сад радости и восхищения опечатали, оставшиеся без присмотра кошки разбежались кто куда, а эта добралась аж досюда.

Он заколебался, думая, не прогнать ли животное, чтобы не мешало наследному внуку императора, как вдруг увидел, что та, будто хорошо знакомая с обстановкой, направилась прямо к Его Высочеству, вспрыгнула на стол, потерлась о его руку и тихо замяукала. Чжу Юйхэн отодвинул в сторону лежащий на столе свиток, взглянул на кошку и достал из ящика стола горсть сушеных креветок, положив их на угол. Черная кошка с довольным видом принялась есть креветки, а когда юноша двумя пальцами погладил ее по голове, лишь прищурилась и вильнула хвостом.

Чжо Янь на цыпочках удалился, потрясенный до глубины души.

Его Высочество, оказывается, держит у себя еду для бездомной кошки? И судя по всему, кормит ее уже не первый день. А ведь всего несколько месяцев назад он говорил… говорил…

«Мне нет дела до кошек. И до нее – тоже».

Вспомнив, как уверенно эти слова звучали тогда, Чжо Янь резко почувствовал, что мир вокруг стал каким-то странным и зыбким.

После того как Чжо Янь удалился, Чжу Юйхэн почувствовал на сердце смутную тревогу.

Проводив взглядом кошку, которая, доев угощение, выпрыгнула в окно и скрылась, он вымыл руки. Закрывая ящик стола, Чжу Юйхэн заметил лежавшую там флейту – ту самую, что когда-то взял в доме Чу Юаньчжи. Он достал инструмент, крепко сжал в руке прохладный корпус, а другой медленно провел по нему.

Кончики пальцев скользнули по тому самому надрезу, который он сделал в прошлый раз. Рука замерла. Глядя на тонкую линию, которую он тогда пытался прорезать тонким лезвием, но так и не смог рассечь до конца, он задумался на мгновение. Затем снова взял в руки «Девять изгибов горных перевалов» – головоломку с кольцами, что сделала для него А-Нань.

Сделав глубокий вдох, он отбросил все посторонние мысли, поднес «Девять изгибов горных перевалов» к глазам и медленно, сосредоточенно взялся пальцами за переплетения колец. Убедившись, что руки совершенно не дрожат, он мысленно прокрутил в голове траекторию каждого движения, возможную реакцию остальных восьми колец, их столкновения, потенциальные компромиссы и пути продвижения вперед. Просчитав все до мельчайших деталей и убедившись, что способен контролировать каждое изменение, Чжу Юйхэн затаил дыхание и начал двигать соединенные между собой девять колец.