Книга 7. Война легиона, страница 11 – Николай Метельский

— Сколько прошло времени? И кто ты, чёрт возьми, такой? — спросила Кардис строгим тоном.

— Тысяча лет, — ответил я. — Тысяча сто, если быть точным. Ну а я Дарий. Дарий Романо. Потомок Алекса Романова. Наместник провинции, легат империум пропретор и глава Военного совета.

— Вот ведь… — прошептала она в тишине комнаты. — Ещё вчера… Охренеть, просто, — закрыла она лицо ладонями, посидела так, потёрла лицо и вновь посмотрела на меня. — Тебе кто-нибудь говорил, что ты ну очень на предка похож? Наверняка ведь говорили… И какого чёрта ты до этого притворялся… А, ну да, чтобы меня обмануть. Правильно, так-то, — пробормотала она в конце. — Учитывая, что я сейчас услышала, правильно всё сделал. Правда, как-то слишком достоверно, — посмотрела она на меня с подозрением.

— Память крови, — пожал я плечами.

— Какая память? — переспросила она. — Это что, вообще, такое?

Да уж, я и забывать стал, что память крови, по факту, штука довольно редкая, да и не особо интересная для посторонних. Нет ничего удивительного, что Кардис о ней не слышала.

— Память крови — это когда у тебя в голове всплывает память одного из твоих предков, — пояснил я. — Я вот помню жизнь Алекса Романова.

— Прям всю? — спросила она с подозрением.

— Прям всю, — кивнул я.

— Удобно, — пробормотала она. — Значит, говоришь, Дарием тебя зовут? А почему Романо? Это ведь кличка.

— Тысяча лет прошла, — хмыкнул я. — Много чего поменялось. Не обращай внимания, я один чёрт, чистокровный Романов-Скорце.

— А лет тебе сколько? — вскинулась она неожиданно.

— Двадцать пять, — нахмурился я.

Она же не начнёт сейчас возрастом давить?

— Тогда каким образом ты умудрился стать командующим? — спросила она с подозрением в голосе. — Или я что-то не поняла?

— Это… — не знал я, как всё коротко объяснить. — Это тебе лучше потом законы почитать. Они с тех пор немного изменились… соответствуя ситуации, но в целом теми же остались.

— Законы, — произнесла она без особых эмоций, а в следующий миг её брови начали медленно ползти к чёлке. — Подожди. Двадцать пять? Тебе двадцать пять? Тогда как, боги меня порази, ты умудрился сформировать восемь Звёзд⁈

— Ну… — растерялся я. — Я в целом гений.

Единственное, что выбивалось из картины бесконечного зелёного поля, на котором то тут, то там валялись булыжники — это каменный трон, на котором я и сидел. Опять. Я даже вполне себе осознавал себя, а не как раньше, когда всё было сном, а я… кем-то. Нет, конкретно сейчас именно Дарий Романо смотрел на ровный строй манипул Сестёр Сарины.

— Мне не нравится ваша мотивация, дамы, — произнёс я, качнув головой.

Никто из женщин не пошевелился, но ответ я всё же получил. Шёл он от воительницы, стоящей впереди и одетой в броню со знаками различия трибуна.

— Все мы хотим убивать демонов, — хмыкнул я. — Вопрос в причинах этого желания.

Трибун нахмурилась.

— Ты вообще понимаешь, где ты сейчас находишься? — нахмурился уже я. — Уходите. У меня нет к вам доверия.

Она не то чтобы соврала, нет, трибун недоговорила. А после моих слов опустила голову, изобразив раскаяние. Женщины.

— Прочь, — произнёс я спокойно. — Вам здесь не рады.

Вскинувшись, женщина начала говорить, но замолчала на полуслове.

— Вы хотите, чтобы я пустил вас в свою душу, — произнёс я. — Душу, трибун. Я не ставлю под сомнение вашу силу воли, но начинать диалог с недоговорок… Я просто боюсь пропускать вас. К тому же я требую подчинения. Безоговорочного подчинения. Даже если вы встретитесь со своей госпожой, вашим легатом должен остаться я.