Книга Золотой ворон, страница 80 – Тисато Абэ

Наверное, он не собирался продавать снадобье там. Однако ему срочно понадобились деньги. Он отдал все, что имел при себе, так что даже не знал, чем расплатиться с хозяином постоялого двора на следующий день. Нет никаких сомнений, что отец Коумэ предлагал жителей Ямаути обезьянам в обмен на человеческие кости.

Слушая все это, Коумэ менялась в лице и в конце концов растерянно пробормотала:

— Не может быть. Неужели отец…

— Неужели ты совсем ничего не знала? Перестань прикидываться, ты только ухудшаешь свое положение. – Юкия вдруг заговорил так, будто беспокоился о девушке. – Я думаю, твой отец жив. Тебе лучше сейчас рассказать все, что ты знаешь. Если его не найдут, в Подземный город придется отдать тебя.

— В Подземный город? – вскрикнула Коумэ и бросилась к Юкии: – Подожди! За что?!

— Потому что о костях нам сообщил король Подземного города. А за это мы пообещали отдать им тебя.

Когда и так бледная Коумэ услышала это, в ее лице не осталось ни кровинки.

— Это неправда. Пожалуйста, не надо. Их пытки хуже смерти.

— Мы с молодым господином тоже хотели бы этого избежать. Поэтому ты должна нам помочь.

Юкия взял девушку за руку.

Она вытерла под носом и кивнула:

— Хорошо.

— Смотри, так и сам станешь негодяем!

Когда Юкия привел Коумэ на допрос к чиновнику, который расследовал это дело, и вернулся в Сёёгу, его встретил растерянный Сумио. Предвидя, что Юкия не сможет убедить девушку, они с молодым господином тайно подслушивали из соседней комнаты. Юкия считал, что ему прекрасно удались эти переговоры, поэтому слова Сумио ему не понравились.

— Что за дерзость? Я ведь не по своей воле так себя вел. И вообще, самое главное – достичь цели. Если необходимо, я сделаюсь и негодяем, и кем угодно еще.

На это радостно ответил другой голос:

— Эй, слышала, благородная девица? И это говорит человек, не достигший совершеннолетия.

— Да уж, с нетерпением жду, что будет дальше.

Это перешептывались почему-то сблизившиеся Рокон и Хамаю. Супруг Хамаю, совершенно не обращая внимания на то, что его жена весело общается с другим мужчиной, беседовал с Нацукой.

— Теперь Коумэ должна выложить все, что знает.

Слова Юкии о том, что девушку придется отдать в Подземный город, если ее отец не найдется, были неправдой. Так ему велел сказать Нацука, который сидел теперь, потирая глаза.

— Значит, он стал предателем из-за денег? Вот болван! – бросил он, однако в его голосе не было ни возбуждения, ни ненависти. – Пусть даже он заполучил какую-то большую сумму, но ведь знал, что не сможет их потратить на себя!

Похоже, Нацука не мог найти причины, зачем ятагарасу предавать своих и становиться проводником для обезьян. Мужчина выглядел устало и растерянно. В глубине души Юкия был согласен с Нацукой, а вот Хамаю, при этих словах поднявшая голову, кажется, имела другое мнение.

— Ты никогда не испытывал трудностей в жизни, тебе не понять. А попробуй пожить, когда не знаешь даже, добудешь ли еды на день, тогда не говорил бы про «какую-то большую сумму».

Она неприятно ухмыльнулась.

Когда-то Хамаю лишили статуса благородной, и ей пришлось вести жизнь бедной простолюдинки. И кажется, не один Юкия, вспомнив об этом, почувствовал неловкость. Нацуку явно не удовлетворило такое объяснение, но Юкия, переглянувшись с Сумио, решил не вмешиваться.