Онлайн книга «Золотой лук. Книга I. Если герой приходит»
|
— Не сбавляй хода! Делиад тоже колесничий не из последних. Все сыновья Главка Эфирского… — Ближе! Ближе к Агрию! Что тут сложного? Всего лишь подъехать поближе. Конокрады, пугавшие вожака, сбежали с нашей дороги. Ваше счастье, мерзавцы. Кому охота умирать? — Ближе! Я прыгну! Я изготовился для прыжка. Чуть присел, напружинил ноги. Что-то чиркнуло меня по волосам. Воздухом обдало ухо — словно жук мимо пронесся. Колесница вильнула, я едва не упал. — Делиад! Безрукая ты… Я едва успел его подхватить. Не выпуская поводьев, брат медленно оседал на днище колесницы. Еще миг, и вывалился бы! Правой рукой я перехватил вожжи, придержав коней, левой попытался усадить брата. Он обмяк, сделался тяжелым как куль с зерном. Я не понимал, почему он не хватается за бортик. Я вообще ничего не понимал… — Делиад! Кровь. На виске, на щеке. Кровь. Откуда?! — Делиад! Очнись! Молчит. Не отзывается. Я хотел похлопать его по щекам. Не смог, не сумел заставить себя прикоснуться. При взгляде на лицо Делиада рука моя замерла. Восковая бледность. Заострились скулы. Открытые глаза. Пустые, мертвые. Так смотрел в небо Сизиф Эфирский, когда Гермий забрал его душу в Аид. Жук взъерошил мне волосы? У жука было имя: камень. Камень из пращи. — Делиад!!! Я не мог в это поверить. Брат жив! Сейчас он очнется. Верь, ответил кто-то взрослый, бесстрастный и беспощадный, не верь, как хочешь. Хоть на ремни себя нарежь, а твой брат мертв. Его убили. Здесь, сейчас. — Гермий! — воззвал я в отчаянии. — Ты же обещал! «Я обещал покровительство тебе, — ответил бог, прячась в моей памяти. — Тебе, а не твоему отцу. И не брату твоему. Был бы он тебе хотя бы родной…» Удар в плечо. Я пошатнулся, чуть не упал с колесницы. Правая рука безвольно повисла плетью. Боли не было. Просто руки тоже не стало. Можно было решить, что какой-то бог наказал руку-изменницу за отказ тронуть Делиадово лицо. Они бежали ко мне. Конокрады. Трое? Четверо? Вихрастый парень на бегу вкладывал в пращу новый камень. Совсем еще молодой, на два-три года старше меня. Ровесник Делиада. Убийца Делиада. Вы все убийцы. Все, без исключения. Я выпрямился. Встал в полный рост, сколько там его у меня было. До Агрия не добраться. Оружия нет. Рука не действует. Не важно. Это пустяки. Жалкие оправдания. — Убью. Я убью тебя. Произнес ли я это вслух? Не знаю. Передо мной больше не было конокрадов. Люди? Откуда здесь люди?! Передо мной бесновалась Химера, многотелое чудовище. Рычала, блеяла, шипела. Храм сожжен, брат убит. Я дал обещание, я сдержу слово. Набирая силу, взревел шторм. Жалкий щенок на колеснице, я был бурей. Тяжкий гнев бросал тучи на скалы. Гнал валы, вскипал пеной ярости, рвался наружу — захлестну, опрокину, утоплю. Размозжу о крепостную стену утесов… Всех, кто повинен. Что это? Радуга? Ее не было в небе над долиной, радуга горела во мне. Косматый огнистый лук звенел от напряжения. Лук? Меч? Пламенный аор в руке великана. Исполин, рожденный латным и оружным, достал макушкой до облаков, расправил плечи. Топтать. Рубить. Рвать. Я был великан. Я был бог. Я был чудовище. Тысяча глаз Аргуса? Сто драконьих голов Тифона? Сотня рук гекатонхейра? У меня были ноги — столько, что и не счесть. Сильные ноги с твердыми как бронза копытами. Есть ли в мире что-то, чем лучше раскалывать черепа? ломать кости?! Пара гнедых в упряжке? Это я! Серый в яблоках Агрий, свирепей льва? Я! Старая кобыла Меланиппа? Табун, который она ведет? |