Книга Ветер и Правда. Том 2, страница 218 – Брендон Сандерсон

Сзет снял со спины мечи и протянул их Каладину.

«Сзет? – подал голос Кровь Ночи. – По-моему, тебе стоит использовать в этом бою меня. Я действительно хороший меч».

— Я знаю, меч-ними, – шепнул Сзет. – Боюсь, это испытание не для тебя.

«Но…»

— Пожалуйста, позволь выбирать мне, – попросил Сзет.

«О! О, ТОЧНО! Понял».

Сзет кивнул Каладину и призвал клинок. Развернулся и зашагал вглубь помещения, выйдя на льющийся сквозь проломленную крышу солнечный свет. Он перешагивал и обходил обломки кровли и камни обрушившейся печной трубы.

— Сэр? – окликнул он Нина. – Что здесь произошло?

— Есть те, кто желает помешать тому, что грядет. Стать тебе тем, кем суждено стать, – произнес Вестник.

Сзет остановился на безопасном расстоянии.

— Это испытание такое же, как остальные? – спросил он, держа клинок вспотевшей ладонью.

Сможет ли он… сразиться с Вестником?

— Нет, – ответил Нин, и Сзет испытал облегчение. – Ты не переживешь бой со мной, так что это было бы нечестно. Посему в этом испытании я просто велю тебе принять отведенное тебе место. Следующий монастырь последний, и там тебя ожидает самая полная проверка. Я требую от тебя слово, что ты подчинишься мне и сделаешь в точности так, как я скажу, когда мы туда прибудем.

Простая проверка. Самая легкая для Сзета, ведь он всегда поступал, как требовали хозяева.

— Итак, – сказал Нин, – поклянись мне.

Сзет открыл рот. И с языка сорвалось нечто неожиданное.

— Нет.

Тишина. Даже шепот потрясенно стих.

— Сзет, я этого требую.

— Скажи, что ты заставишь меня делать, – вырвалось у Сзета. – Я не могу судить, не зная цены.

Нин подплыл ближе, его плащ затрепетал на ветру.

— Прежде тебе это никогда не требовалось.

Сзет промолчал. Он уже сказал, что ему нужно.

Нин остановился футах в пяти. В зоне поражения осколочным клинком.

— Пообещай, что выполнишь мои приказы, – тихо проговорил он. – Дай мне клятву. Таково твое испытание.

В помещении будто бы похолодало. Сзет выдохнул и мог бы поклясться, что увидел пар.

— Нин, что творится с этим краем? Почему людей поглотила тьма? Кто тот Претворенный, с которым я борюсь? Что происходит?

— Тебе пока не нужно этого знать. Произнеси слова.

Сзет встретился с ним взглядом и произнес их.

— Я не вещь, – прошептал он.

С губ Нина слетел легчайший вздох раздражения. Самое яркое проявление эмоций с его стороны на памяти Сзета.

— Я не вещь, Нин, – повторил Сзет. – Я не камень, чтобы передавать меня из рук в руки вместо денег. Я человек. Ты просишь меня стать Вестником. Вестником! Полубогом, бессмертным вождем человечества. И при этом хочешь, чтобы я выполнял, что скажут?

— Раньше ты всегда так делал.

— Раньше я был поломан! – завопил Сзет. – Меня вырвали из моей идеальной жизни и стали лупить, закалять, бить, выковывая оружие! Я не могу быть тем, кем вы хотите! По крайней мере, не узнав, чего это будет мне стоить. Я должен иметь возможность выбрать. Я… я заслуживаю права решать! Если уж я не могу жить так, как хочу, то заслуживаю хотя бы право выбирать, во что ввязываюсь!

Он смотрел на Нина с мольбой, отчаянно надеясь, что тот поймет. Ему всего лишь требовалась эта малая доля утешения. Он все сделает. Примет пост, откажется от всего, о чем едва начал мечтать. Сделает.

Но он должен выбрать. Раньше он никогда не хотел подобной роскоши, но теперь она вдруг стала ему абсолютно необходима.