Книга Ветер и Правда. Том 2, страница 178 – Брендон Сандерсон

Подобающе.

— Идите со мной, – скомандовал Сзет.

К нему обратилась главная шаманка. Кажется, ее звали Фараз-дочь-Дараз. Невысокая женщина с коричневой кожей и смоляными, коротко подстриженными кудрями.

— Честь-ними, мы вдесятером посовещались и просим освободить нас от обязанностей по поддержанию монастыря и отправить странствующими шаманами по деревням.

Сильное понижение статуса. И сильное заявление.

— Я почти не говорил с вами, пока обучался здесь, – сказал Сзет.

Он намеренно сформулировал неверно. Это они почти не говорили с ним. В тот год с ним обращались со строгой холодностью.

— Расскажите, где Туко вас нашел?

Фараз не ответила, но подал голос другой шаман:

— Мы отказники. Те, кого не приняли в других монастырях.

— Не приняли, но не за недостаток умений в обращении с мечом? – предположил Сзет.

— Я была одной из лучших, – сказала Фараз, вздернув подбородок, что мало походило на должную скромность служительницы Вестников. – В монастыре Позена я побеждала мастера меча в одной схватке из пяти.

— Заработать даже одно очко в бою с Гондой-сыном-Дариаса – действительно достижение, – заметил Сзет.

— Я слышала, ты взял пять из пяти против него, – нехотя проговорила она.

— Да, – подтвердил Сзет, обводя взглядом собрание. – Но я необычайно умелый даже среди необычайно умелых. Пятеро из вас – шаманы меча, а пятеро – шаманы книги?

— Формально, – ответил еще один.

— В действительности же все десять – шаманы меча, – догадался Сзет и кивнул. – Первоначально получили отказ из-за мятежных воззрений, а позднее были собраны здесь. Так, значит, Туко в самом деле планировал восстание.

Он направился по коридору:

— Идемте со мной.

Никто не двинулся с места.

— Я вас не отпускал, – обернулся к шаманам Сзет. – Пока я этого не сделаю, я носитель Чести. Радуйтесь, что вам достался я.

— Ты убил Туко! – выкрикнул один шаман.

— Как я уже сказал, радуйтесь, – повторил Сзет. – Я владею мечом лучше, чем он. Для противостояния остальным вам потребуются лучшие. Если Туко по-настоящему верил в Правду, то он бы хотел, чтобы его место занял я.

Шаманы обдумали слова Сзета, пока он шел по погруженному в тишину коридору. В конце концов они гурьбой присоединились к нему.

— О чем ты говоришь? – требовательно спросила Фараз.

Сзет завернул за угол и распахнул двери оружейной. Как он помнил, у Туко здесь был хороший склад. Такое помещение являлось ключевым в каждом монастыре Правды, но во многих его содержали больше для соблюдения ритуала, чем из насущной необходимости. Здесь же стойки с мечами, самосветы, доспехи и щиты были в изобилии. Кладовая наверняка была хорошо подготовлена на случай осады, и, как и в любом монастыре, здесь имелись свои колодцы.

Если удастся завербовать Мосса, у них будет доступ к душезаклинанию, то есть к неограниченным запасам еды – при аккуратном обращении с самосветами. К несчастью, Сзет не был уверен, что сумеет убедить светоплета. Может, Сиви…

— Сзет! – резко окликнула его Фараз. – Э-э, честь-ними?

— Туко говорил вам, почему планировал восстание?

— Нет, – призналась она. – Так далеко дело не заходило. Он говорил, что на нас могут напасть другие и нам следует быть начеку. Когда придет время и мы будем готовы… Вот только он отступал. Выжидал. Пока не явился ты.