Книга Турнир Родов, страница 81 – Дм Норт

— Какие?

— Что после разговора меня не найдут.

— Кто?

Мужчина снова замолчал. Игорь положил руки на стол.

— Мой брат погиб.

Никакой реакции.

— Человек, который его убил, получил что-то через вас.

— Не напрямую.

— Мне всё равно.

Мужчина посмотрел на него.

— Вы знаете, почему убили моего брата?

Несколько секунд в комнате было слышно только движение внутри настенных часов. Маленький рабочий бес тянул механизм, и стрелка равномерно перескакивала с деления на деление. Мужчина медленно покачал головой.

— Нет.

Игорь почувствовал знакомое разочарование. Ещё один человек. Ещё один кусок цепочки. И снова не ответ. Но мужчина продолжил:

— Я знаю, почему Долгорукий согласился его убить.

Игорь не двигался. Илья закрыл дверь кабинета на ключ.

В Пятом императорском отделении рабочий день начинался раньше, чем в большинстве государственных учреждений. К восьми часам в приёмной уже сидели два военных атташе, в телеграфной менялась ночная смена, а по длинному коридору несколько раз прошёл молодой офицер с папками под мышкой. Возле каждого телеграфного аппарата стояла небольшая деревянная коробка с живым кормом. Когда один из механизмов начал щёлкать медленнее, дежурный открыл крышку, поймал двумя пальцами крупного жука и бросил в кормовую щель. Изнутри показалась крошечная рука, жук исчез, и аппарат снова застучал ровно. В журнале рядом с расходом бумаги и чернил появилась ещё одна отметка: три мухи, один жук.

Пётр Аркадьевич Столыпин дочитывал утреннюю сводку у окна. Большую часть страниц можно было просматривать почти не задерживаясь. Французский военный представитель вчера ужинал в посольстве и после этого посетил приём у Бобровых. Германский дипломат отправил две телеграммы в Берлин. Итальянцы интересовались результатами второго круга и просили дополнительные места на жеребьёвку полуфиналов. Делегации Великих держав приезжали на российский Турнир каждые двадцать пять лет, и контрразведка каждые двадцать пять лет делала вид, будто верит, что они приехали исключительно посмотреть, как русская аристократия убивает собственных наследников.

Последняя папка была значительно тоньше остальных. На обложке стояло одно слово: «Стамбул». Столыпин открыл её второй раз. Сначала там было несколько британских дипломатов и пара встреч с османскими чиновниками. Потом появились представители двух судоходных компаний, инженер, ещё недавно служивший в британской армии, торговый агент, прежде занимавшийся железными дорогами в Индии, бывший офицер флота и ещё трое людей, формально никак не связанных ни с британским правительством, ни друг с другом. Любое из этих имён отдельно ничего не значило. Инженер имел право интересоваться железной дорогой, судоходная компания — портом, торговый агент — перевозками, а бывший военный мог ужинать с действующим военным, если оба достаточно долго притворялись, что обсуждают погоду. Проблема начиналась только тогда, когда слишком много совершенно невинных людей одновременно интересовались одними и теми же совершенно невинными вещами.

Столыпин положил рядом две страницы.

— Что их объединяет?

Молодой чиновник, стоявший напротив стола, ответил не сразу.

— Все британцы.

— Это я заметил.

— Почти все недавно приехали.

— Это тоже.