Книга Турнир Родов, страница 52 – Дм Норт

— Водяные насосы — в первую очередь. Потом лесопилка. Потом кузница и мельница. Московское освещение не восстанавливать до закрытия долгов.

Игорь усмехнулся.

— Даже после победы отец не разрешает зажечь нам ещё две лампы.

— Именно поэтому у нас ещё есть дом, в котором эти лампы можно зажечь.

Дальше шли фамилии кредиторов. С одним следовало рассчитаться немедленно, второго просить о переносе платежа, третьему ничего не отдавать до личной встречи Ильи. Были указаны заводы, где выгоднее оставить полученных бесов и брать плату за их работу, вместо того чтобы перевозить в Псков. Отдельно Фёдор перечислил несколько Родов, с которыми после первой победы можно было осторожно возобновить переговоры. Игорь слушал, пока наконец не понял, что именно беспокоит его с самого начала. Фёдор нигде не написал имени Олега. В этом не было необходимости.

«Победитель должен…»

«Мой сын обязан…»

«Представитель Рода после первого круга…»

Каждая фраза была написана для Олега. Илья тоже это понимал. На одном месте он запнулся, посмотрел на племянника, но ничего не сказал и продолжил чтение. Последний абзац занимал меньше половины страницы.

— «Четыре Турнира мы думали только о том, как не исчезнуть», — прочитал Илья. — «Если это письмо открыто, значит, впервые за сто лет мы прошли первый круг. Этого недостаточно. Первая победа возвращает нам бесов. Вторая должна вернуть нам влияние. Турнир выигрывают на арене. Великие Роды выживают после неё».

Илья сложил лист. На столе некоторое время было слышно только лёгкое постукивание внутри стены. Телеграфный бес, вероятно, возвращался к аппарату.

— Хороший план, — сказал Игорь.

— Неплохой.

— Для Олега.

Илья посмотрел на него.

— Теперь для тебя.

Игорь отвёл взгляд к окну. На улице у ворот уже стояли журналисты. Вчера вечером их было человек десять. Сейчас не меньше тридцати.

— Отец не думал, что его буду выполнять я.

— Отец вчера утром вообще не был уверен, что сегодня придётся что-нибудь выполнять.

Илья убрал письмо обратно в конверт.

— Не делай из этого ещё одно соревнование с братом. Ты уже выиграл бой, который должен был выиграть он. Реестр не интересует, чьё имя Фёдор представлял, когда писал распоряжения.

Игорь ничего не ответил. Илья откинулся в кресле.

— И ещё кое-что. Вчера изменилось больше, чем количество бесов напротив нашей фамилии.

— Нас стало сложнее хоронить?

— Нас стало невыгодно хоронить.

Это прозвучало достаточно спокойно, чтобы Игорь сразу понял: дядя не шутит.

— Ещё неделю назад все считали, сколько останется от Остроумовых после первого круга. Наши кредиторы готовились делить имущество. Другие Роды думали, кто заберёт договоры. Воронцовы, возможно, выбирали место для своего кресла в Совете. Теперь у нас появились ресурсы, а ты пережил бой, в котором должен был умереть.

Илья кивнул на окно.

— С этого утра люди станут относиться к тебе гораздо лучше.

— Это плохо?

— Значительно хуже.

* * *

Газеты лежали на обеденном столе такой стопкой, будто Илья собирался растопить ими камин. Игорь открыл первую. На первой полосе был он сам. Художник изобразил момент, когда Игорь стоял над Суторминым с мечом в руке. Сходство получилось приблизительным, зато крови художник не пожалел. Над рисунком огромными буквами было напечатано: