Книга Последний берег, страница 160 – Олег Плескач

Алина подняла брови.

— А ты говоришь, контакты оборвались, — продолжал Кирилл, — а кто тогда их с материка греет?

— Без понятия, — Алина развела руками.

Максим понял, что пора рассказать друзьям правду о катастрофе. Ту часть правды, что ему удалось узнать. Надо говорить быстро, но четко. Уверенно, но не слишком напористо…

Друзья слушали терпеливо, то округляя глаза, то тоскливо глядя в землю. Когда Максим закончил рассказ, Кирилл глубоко вздохнул. Марта всхлипнула, Спиридон покачал головой и сплюнул.

Максим дал им прийти в себя, а потом спросил:

— А что там за второе обстоятельство? Ну с Таней — раз ее отказались выдавать.

— В положении она, — ответила Алина и подошла к ней.

Глава 36

В голове у Максима всё завертелось. Мир вокруг размыло, и все мысли устремились лишь в одну сторону. В мозгу словно треснуло током. Грудь наполнило волнение. Через миг страх сотней маленьких иголочек кольнул в животе. Но волнение плавно перетекло в загадочность, загадочность — в неуверенную радость. В животе уже не кололось, а щекотало. Гонгом в голове громыхнуло осознание — в нескольких шагах от него, внутри нее, засела частичка него. И эта частичка, словно зернышко в земле, должна прорасти и распуститься.

В груди потеплело. Мягкий хлопок по плечу привел в чувство.

Алина стояла напротив него и улыбалась.

— Ну, чего язык проглотил? — усмехнулась она, — вот, так оно и бывает!

Максим перевел взгляд на Таню. Она сидела на земле и, не моргая, смотрела прямо в него. В глазах ее мелькали и сомнения, и надежда, и радость. Но отчетливее всего проступали два ощущения: ожидание и страх. Во взгляде, нацеленном на Максима, пронеслись тысячи слов и сотни вопросов.

Он вдруг вспомнил, что с тех, пор как услышал эту новость, не издал ни звука, а Таня ждала его реакции.

«Вдруг она подумает, что я не рад?» — спохватился он.

Максим подбежал к ней и схватил под руки. Подбросил, словно пушинку, потом поймал и прижал к себе. Она сперва взвизгнула, но вернувшись в его объятия, звонко засмеялась. Они впились друг в друга губами.

Алина тем временем подошла к Марте. Встала сбоку, приложила ладони к ее животу и спине. Потом они зашептались о чем-то.

— Она тоже, — сказала Алина, отойдя от Марты, — где-то на пару недель дольше.

Потом Алина отвернулась и отошла от спутников, занятых друг другом. Достала самокрутку и тяжело вздохнула. Рядом шваркнуло и блеснуло — Спиридон протягивал ей горящую спичку. Папироса занялась, Алина вежливо, но холодно кивнула Спиридону, отошла еще дальше.

— Надо уходить, — сказала она, глядя перед собой, — скоро сюда придут. Да и вообще теперь никому рисковать нельзя.

— Кто придет? — спросил подошедший Спиридон.

— Из Лагеря Томления. Да и из твоей деревни тоже, — холодно ответила Алина.

— И куда уходить?

— На материк. Ты ведь туда и хотел.

— У нас лодка в схроне припрятана, — вспомнил Спиридон.

— В схроне? — подняла брови Алина.

— Да, мы там перекантовались перед тем, как сюда идти. Лодка, палатка, кое-что из шмоток и жратва.

Алина кивнула и уточнила:

— Лодка одна? Большая?

— Пятерым места хватило, — ответил за Спиридона Кирилл.

— А шестерым с собакой?

— Не знаю.

— Моторная лодка?

— Нет. На веслах, — покачал головой Спира и вдруг спросил, — слушай, а на базе разве не было больших лодок или катеров?