Книга Боец, страница 84 – Владимир Кощеев, Михаил Романов

— Я что-то должен знать, прежде чем мне об этом расскажет Дима? – спросил глава рода Ермаковых, щедро намазывая перекрученное со специями сало на хрустящую белую булочку.

Алексей на мгновение задумался, вспоминая события прошедших недель.

— Пожалуй, все самое интересное было в новостях, – проговорил юноша. – Разве что наша фракция приобрела очень ценный и весьма перспективный актив в лице простолюдина Александра Мирного. Но, учитывая все, что я о нем знаю, думаю, парню при первом удобном случае вручат титул.

— Мирный? Слышал, слышал… – Ермаков-старший прервался на жевание бутерброда. – Слышал, он отжал бар на территории Нарышкиных.

— Да, – коротко ответил Алексей. – И он любезно предоставил нам территорию для урегулирования конфликтов между юными представителями фракций.

— Зарабатывает на вас, парнишка, значит, – усмехнулся Михаил Олегович.

— Не без этого, – кивнул Алексей. – Но вчера прислал приглашение обсудить итоги первого дня, думаю, там предложит нам долю.

— «Нам»? – приподнял брови глава рода Ермаковых.

— Мне и Меншикову, – пояснил наследник.

— Ах, – понимающе покивал Михаил Олегович. – Думается мне, Павел теряет своего самого верного солдата.

— Сложно сказать, – пожал плечами Алексей. – Долгоруков активно педалировал конфликт. Это так просто не сгладить.

— У вас есть теперь точка соприкосновения, общая точка интереса. Это важно. Это первый шажок в нашу сторону, – произнес Михаил Олегович. – Машенька Нарышкина, конечно, девочка умная, но должно быть что-то понадежнее женщины в политических отношениях. Например, крепкая мужская дружба.

— Может, мне ему еще и морду начистить? – усмехнулся Алексей. – Чтоб уж как настоящая мужская дружба, она началась с мордобоя.

Юноша пошутил, а Ермаков-старший задумался над словами сына.

— Всякое, конечно, могло бы быть, – медленно произнес он, – но риск велик. Максим непрозрачен и плохо читаем, потому что всегда в глухой защите и от отца, и от социума. Он хорошо берет под козырек приказы главы рода, но что в душе у парня – непонятно. А значит, любой твой прямой конфликт с ним может вылиться в проблему. Если ты победишь – можешь задеть наследника Меншиковых за живое, и его еще сверху отец прессанет. Если ты проиграешь – это могут неправильно понять уже свои. Проблему понимаешь?

— Да, отец, – кивнул Алексей.

— Вот, – Михаил Олегович покачал в руке стакан с брусничным морсом. – Так что никаких конфликтов. Плечом к плечу выступать – это вы тогда хорошо придумали. Это еще один шажочек от продажных сволочей к империи. – Он шумно глотнул напиток и добавил: – А денег у вашего самородка не бери. Мы – Ермаковы и в процентах от чужого бизнеса не нуждаемся.

— И не собирался, – заверил отца Алексей. – Парню надо на ноги вставать, пусть встает. Чем крепче наши соратники, тем сильнее наша страна.

МоскваАлександр Мирный

С этими недружественно настроенными лицами костюмов не напасешься.

Лобачевский все-таки назначил встречу по проекту Корсаковой, и я с удивлением обнаружил у себя полное отсутствие приличной одежды. А поскольку встречают у нас все еще по одежке, пришлось вечером катиться в ближайший пассаж.

Машина урчала двигателем, как довольная кошка, играючи скользила в потоке, создавая ощущение легкой эйфории. Это было приятное, немного пьянящее чувство – возвращать доход на привычный уровень. Даже ловил себя на постыдной мысли, что хочется посорить деньгами. Ну там, чтобы брюлики для Василисы, цыгане, медведи, весь комплект.