Книга Егерь императрицы. Русский маятник, страница 102 – Андрей Булычев

— Быстрее, быстрее! – крикнул капитан. – Где Сусекин?! Чтоб ему!

Вот в прорехе зарослей мелькнула ещё одна фигура, и к реке, настёгивая коня, выскочил капрал. Вслед за ним, буквально в паре десятков шагов, скакала погоня.

— Эскадрон, к стрельбе залпом готовьсь! – рявкнул Воронцов.

— Бам! Бам! Бам! – ударили без команды штуцера и фузеи отборных стрелков. Вздыбился и рухнул на берегу конь преследователей, вылетели из седла трое всадников, но передовая группа неприятеля в три десятка сабель продолжала нестись вперёд.

— Сусекин, правее заходи! – махая рукой, прокричал Воронцов. – Подстрелим ненароком!

Словно услышав командира, а скорее всего увидав его, капрал резко свернул вправо и поскакал по течению неглубокой здесь реки.

— Первая шеренга, огонь!

— Ба-ам! – раскатисто прогремели три с половиной десятка ружей, выкашивая головную часть погони.

— Вторая шеренга, огонь!

И уже пять десятков стволов послали пули в скачущих. Большая часть погони была выбита. Плыли по реке трупы людей, билась в воде подстреленная лошадь. Оставшиеся в живых развернулись и поскакали обратно, в сторону зарослей, а оттуда уже выезжала основная часть войска неприятеля.

— Ох ты, как же их много! – крикнул подпоручик Огарёв, проталкивая шомполом пулю в ствол. – Андрей Владимирович, видать, это передовая часть из самых прытких была.

— Угомони-им. – Воронцов скусил патрон и сыпанул порох на полку. – Братцы, стоим твёрдо, бежать не моги! – крикнул он, приставляя фузею к ноге. – Беглых всех вырубят. Тут позиция крепкая, мы на возвышенности, а им через реку к нам скакать! Первый взвод, занимай свои места в первой шеренге!

Отогнавшие коней в тыл, егеря подбежали и, встав на колено, начали удлинять передовую шеренгу. Вот и капрал Сусекин, потеснив Чиркова с Шерстобитовым, отщёлкнул крышку, открывая полку замка у фузеи.

— Вашбродь, у меня Ведунова убили, – крикнул он заканчивавшему перезарядку прапорщику. – Это молодой который, из той троицы, что недавно пришла. К коноводам его отвезли.

— Видел! – крикнул в ответ Завражский. – Его фузея у тебя?

— Его, – отозвался, перезаряжая второе ружьё, Сусекин. – А чего оно будет впустую стоять? Пущай мстит за хозяина!

— Штык надень! – приказал взводный.

— Внимание, эскадрон, к стрельбе готовьсь! – скомандовал Воронцов. – Штуцерники, не ждём команды, самостоятельно огонь ведём!

Из зарослей уже выехало сотни полторы неприятельской конницы, а к ним всё продолжало вытягиваться подкрепление. Как видно, вражеский командир ещё не решился на атаку и ждал, когда соберутся все его силы, чтобы ударить разом.

Гремели выстрелы отборных стрелков, их пули находили свои жертвы на том берегу.

— Три сотни шагов до цели, – прикинул Воронцов. – Нашей пулей спокойно достаём. И цель ведь какая «жирная», хорошо они там сгрудились. Внимание, эскадрон! – крикнул он, приняв решение. – Пока неприятель не изготовился к атаке, бьём его частым рассыпным огнём! Как только он поскакал к нам – перезарядиться и ждать команду к залпу!

Более ста ружейных стволов загремели частым боем. По скучившейся коннице ударили тяжёлые пули. Ещё даже не начав атаку, она стала нести серьёзные потери. Командир неприятеля был храбрый воин, но увидев, что к стоявшим на противоположном берегу реки русским с северной стороны приближается большой конный отряд, дал команду отступать. Прошло всего лишь две минуты, и там, где только что крутились на конях ханские воины, остались лежать сбитые тела людей и коней.