Книга Дело чести, страница 62 – Андрей Булычев

— С богом, Пётр Семёнович! — ответил Алексей.

Лошади тронули, и пролётка уездного предводителя, подпрыгивая на ухабах, скрылась за поворотом.

— Ох какой он довольный, — покачал головой, глядя вслед, Кулгунин. — Прямо как тот кот с чулана, что там сметаны объелся.

— Будешь тут недовольным, когда такие деньжищи сами в руки идут, — проворочал Лазарев. — Уездный судья и тот три сотни в год жалованьем получает, на пятьдесят рублей больше, чем капитан исправник, а у уездного предводителя дворянства вообще должность выборная, ему из казны жалованья не положено. Зато — «особая благодарность» прилипает, — он выразительно покрутил пальцами, — сама в твои руки плывёт.

— Ладно, Иван Кузьмич, не завидуй, — усмехнулся Егоров. — Без Горбунова нам эту землю никак не взять. Пусть и он берёт как за работу. А у нас дело будет.

Он оглядел залитые предзакатным солнцем перелески и махнул рукой:

— Рассаживаемся, господа, домой поедем. Трогай, Илья.

Утро после поездки к песчаным карьерам выдалось на редкость тихим. За окном кабинета уже вовсю светило солнце, а Алексей всё сидел над теми бумагами, что принесли недавно Кузьмич с Олегом. Всё как обычно: счета от поставщиков и запросы от управляющих производством, просьбы от деревенских старост и артельных старшин. В отдельной папке лежало несколько десятков листов от Лазарева с пометками о ценах на масло, крахмал, одеколон и прочую продукцию поместья. Алексей уже собирался взяться за очередной лист, когда дверь скрипнула и в комнату тихонько вошла Катарина.

— Не спится? — спросил он, улыбнувшись.

— Да вот проснулась, смотрю, а тебя рядом нет. — Она присела на край кресла у стола, поправила складки утреннего платья, оглядывая заваленный бумагами стол.

— Дел много накопилось, — Алексей отложил в сторону лист. — Кузьмич целый портфель со своими отчётами принёс, да и от Олега чуть только меньше. Хотел перед тем, как всех поместных управляющих собрать, прежде всю канцелярию своими глазами пробежать, но боюсь, быстро не управлюсь. Пожалуй, на завтра совет назначу. А вот тебе что не спится? Рано ведь ещё.

Катарина пожала плечами.

— Сейчас ночи самые короткие, петухи закричали — и можно вставать. Да и так, думы разные в голове… О тебе, о хозяйстве, о детях. Давно мы вот так тихонько, вдвоём, не сидели.

— Не-ет, тебя явно что-то беспокоит, — промолвил, вглядываясь в лицо супруги, Алексей. — Что-то случилось? Кто-то нездоров? Милица, мама?

— Господь с тобой, Алёша! — воскликнула та. — Что ты?! Все здоровы. Тут у Насти такое… Нет, нет, всё хорошо! — воскликнула она, заметив, как напрягся муж. — Я про другое. В феврале месяце мы на двух санях на Лихвинскую ярмарку ездили — Милица, все детки, — и там так получилось, что Настюша с молодым человеком познакомилась…

— Ого! — воскликнул Алексей, откидываясь на спинку кресла. — Как познакомилась?! Кто такой? Как зовут?!

— Лёша, ну не перебивай, сейчас всё скажу, — промолвила Катарина. — Иван Ильич Головин. Капитан Низовского полка. Из старинного графского рода. Между прочим, очень приличный, воспитанный молодой человек. Он тогда тоже на ярмарке был, со своим другом. Как увидел, что мы с покупками, сразу помочь подскочил, чтобы поднести, хотя рука одна на перевязи. Представился, до экипажа проводил, корзину донёс и лошадей подержал, пока садились.