Книга Капитан вольной ватаги, страница 2 – Дмитрий Шатров

Впрочем, чего это я удивляюсь? Наверняка подобный приказ имел место быть. Но всегда найдётся долбоклюй, кто не послушает, забудет или поступит по-своему. Мотивация возможна самая разная, но исключений из правила нет. Долбоклюй найдётся всегда. Проверено личным опытом. Здесь, скорее всего, именно такой случай.

— Как поступишь? — голос Трифона прозвучал глухо, как в бочку.

— Сам-то как думаешь? — хищно оскалился я и спрятал перстень в карман.

Трифон одобрительно хмыкнул, похоже ждал подобной реакции. Но я не играл. К Несвицкому у меня двойной счёт и негодяй мне ответит. Раньше у меня просто доказательств не было, а теперь есть все основания предъявить ему, как минимум, за гибель родителей.

«Нужно незамедлительно связаться с Даниил Константиновичем! — прорезался в голове Мишенька, запыхавшийся от волнения. — Чтобы он в срочном порядке созвал Суд Чистой Крови».

«Не подскажешь зачем?» — машинально уточнил я, занятый собственными размышлениями.

«Не понял смысла вопроса? — оторопел Мишенька. — А как иначе вы собираетесь предать мерзавца правосудию?»

«Правосудию? — скептически усмехнулся я. — Ты наивный, шиздец».

Нет, Мишеньку можно понять. Он ещё юн, глуп и и не видал больших залу… в смысле вырос в ватных условиях, поэтому верил в справедливость, закон и Деда Мороза. Я же повидал в своей жизни много дерьма… В том смысле, что слишком хорошо знаю жизнь, чтобы тешить себя радужными иллюзиями.

Хорошо, допустим, соберутся они. Допустим, даже Несвицкого вызовут. Допустим, тот даже придёт. Что дальше? Печатку ему предъявят? Ну и толку-то? Несвицкий мужик с недюжинной выдумкой, сделает удивлённое лицо и скажет, что перстень украли, его подставили злопыхатели, а сам он ни ухом, ни рылом. Ещё и доказательства предоставит. И свидетелей. Штук пятьдесят.

«Так что нет, мелкий. Правосудие я возьму в свои руки».

«Но так нельзя! Честь и неписанные законы Высших Родов требуют…»

Закончить он не успел. В коридоре послышались шаги и встревоженный голос Димыча.

— Мне кто-нибудь скажет, что тут у нас происходит? Мадемуазель, вы кто и зачем здесь? Мишель, ты там живой?

* * *

В комнату заглянул Менделеев. Запнулся, завидев незнакомую публику. И только убедившись, что со мной всё в порядке, закончил немного растерянно:

— Мишель, там это… Грек у входа лежит… без сознания. И кто это такие, чёрт побери?

— Это? Эмм… — замялся я, не найдя подходящих слов для ответа.

Назвать этих троих слугами, язык не поворачивался. Они ради меня проехали половину страны. Причём с опасностью для собственной жизни и с немыслимым по любым меркам богатством. Сомневаюсь, если в саквояже окажется меньше, чем миллион. Короче, такую преданность ещё поискать, а слуга… в моём понимании — наёмный работник… Немного с отрицательной коннотацией.

Мои сомнения неожиданно разрешил Фитц.

— Прошу простить за дерзость Ваше Сиятельство, — проговорил он, обозначив поклон мне, и развернувшись к Димычу, выпрямился и горделиво расправил плечи. — Мы слуги великого рода Смолокуровых и отныне будем неотлучно находиться при Михаиле Георгиевиче. Можете обращаться ко мне Фитцджеральд, если вам будет угодно. Это Трифон. Это Аглая. Могу поинтересоваться, вы, сударь, кто таков и по какой надобности здесь находитесь?

Речь Фитца прозвучала торжественно, словно на королевском приёме, а с последней фразой он и вовсе включил режим супер-дворецкого, отчего Димыч совсем потерялся.