Книга Целительница. Печать забвения, страница 22 – Анна Дант

— Пришли, - хмыкнула Ведана, отворяя калитку, ведущую во двор.– А можно я здесь постою? - тихо попросила, с отвращением оглядываясь.Двор напоминал свалку и бойню. То тут, то там валялись кости и шкуры животных. Посреди – пенёк с воткнутым в него топором. Вокруг пенька пятна крови и чьи-то останки.Да и сам дом не вызывал восищения. Словно наспех сколочен, кривой и кое-где прогнивший.

— Идём, не боись, - хмыкнула травницы, без опасения подходя к дому. – Ефим ещё и охотник. Хотя демоны его пойми, для чего он охотится.

Постучав кулаком по двери, Ведана замерла, ожидая, когда дверь распахнется.Через пару минут на порог вышел мужчина лет сорока. Я испуганно отпрянула, увидев его лицо.Точнее, глаза. Один глаз закрыт бельмом, второй же смотрел с какой-то жадностью и хищностью. На губах улыбка, которая больше похожа на оскал.

— Принесла? - грубовато спросил мужчина у Веданы, протягивая худую руку. – А это кто с тобой?

— Внучка моя, - отрезала Ведана, вкладывая пузырёк в его руку. – По три капли, помнишь?

— Внучка? Откуда у тебя внучка? Я слышал, Ренатка твоя шлюхой была в Истре, да там и прибили недовольные клиенты.

— Не твоё это дело, Ефим, - огрызнулась Ведана и тут же добавила.

— А я тебе говорил, отдай Ренатку мне. А ты что? Вон, девку какую-то притащила домой, возишься с ней. И эта в бордель уйдёт? Или к жрицам? Или, погоди, а не оттуда ли девка? Худая, бледная, в тряпье. Что, из храма сбежала?

— Я не сбегала, - тихо, но твёрдо, возразила, глядя в глаза мужчине. – Я приехала к бабушке. Из Листянок.

— Ну-ну, я бы тоже так говорил, - заржал Ефим.

— Ты говори, да не заговаривайся, - предупреждающе произнесла Ведана. – Иначе сам жену свою лечить будешь. И себя в том числе. Или забыл ты, как ползал в ногах у меня, чтобы я лекарство приготовила? А на Миленку и не смотри, понял? Узнаю, что руки свои протянул к ней, прокляну. Прокляну так, что на бабу в жизни не посмотришь.

— Не горячись, не трону я девку твою, - хохотнул мужчина. – Насильно не трону, не насильник я. А вот если сама придёт…

— Идём, Милена, - Ведана развернулась и, подтолкнув меня, пошла к выходу.– Зачем ты ему помогаешь? Он же отвратителен!

— Я всем помогаю, - отрезала Ведана. – У нас многие враждуют друг с другом, но в помощи не откажут. Даже Ефим, если помощь потребуется. Мы живём далеко от города и других деревень, так что можем только друг на друга рассчитывать. Да и привыкли уже.

— Бабушка, но если он кому-то расскажет…

— Он много чего говорит, - отмахнулась женщина. – Никто его всерьез не воспринимает. А вот мои к моим словам в деревне прислушиваются. Сейчас ещё к Ульянке забежим, детей посмотрим.

Ульяна жила дальше по главной улице в небольшом, но довольно симпатичном домике. Аккуратный штакетник окружал чистенький двор. То тут, то таам разбиты клумбы с разнообразными цветами. Среди клумб важно ходят куры с пестрым опереньем. Сбоку небольшой огород с ровными грядками и чёрной, как смоль, земля.Я задумалась, как по разному живут люди.

Словно двор это отражение характера человека. Если Ведана строгая и деловая, то у неё и времени на украшение двора нет. Всё чётко и по делу. Если и растёт ромашка, то на отвары, а не просто для красоты.Или взять старосту? Мужчина одинокий, занятой, но явно любит порядок.Про Ефима и говорить нечего. Сам по себе человек неприятный, а уж как выглядит его двор… Подходить страшно.