Книга Целительница. Печать забвения, страница 17 – Анна Дант

— Мелисса? – предположила я. – От нервов.

— Не так уж ты и невежда, – Травница улыбнулась. – Хорошо. Тогда вот это запомни. Это полынь. Горькая. Для всего, что с животом, но осторожно, а то отравиться можно.

Я кивнула, запоминая. Руки аккуратно перебирали травы, отсортировывая сухие листья от гнилых.

Ведана объясняла, как сушить, как хранить, как заваривать, чтобы не потерять силу.

Я слушала, впитывая каждое слово.

Это было странно…

Бояться за свою жизнь и одновременно учиться чему-то новому. Работа отвлекала, не давала мыслям уйти в опасные глубины.

В какой-то момент я подняла взгляд и увидела, что Ведана смотрит на мои руки. А после протянула чистую тряпицу.

— Вечером перевяжешь. Менять надо, чтобы не загноилось. Я покажу, как мазь делать. Сами сделаем.

— Спасибо, – шепнула, убирая тряпицу в сторону.

И мы продолжили работать.

Часы текли размеренно, в доме пахло травами, дымом и хлебом.

Я почти забыла о страхе, когда Ведана вдруг подняла голову и прислушалась.

— Слышишь? – спросила она.

Я замерла. Где-то за дверью раздался стук. Короткий, настойчивый.

Сердце пропустило удар.

Жрицы!

Я вскочила, чувствуя, как в висках пульсирует кровь. Рука, сама того не желая, сжалась в кулак.

— Сядь, – усмехнулась женщина, поднимаясь и поправляя платок. – Иль ты думаешь, люди ко мне не ходят?

Она подошла к двери, открыла засов и выглянула наружу. Я вжалась в стену, чувствуя, как по спине пробегает холод. Мысли смешались в липкую панику. Только не сейчас. Только не здесь.

— Ой! Ведана, милая, ты дома! – раздался женский голос. – Хриплый, взволнованный.

— Ульянка, – узнала травница. – Что случилось-то? Вчера ведь приходила.

— Да теперь Васька с животом слёг! Может порчу наслал кто, а? Постоянно кто-то болит.

Я выдохнула так, что на мгновение перехватило дыхание.

Соседка…

Обычная соседка с больным ребёнком. Не жрицы.

— Заходи, – Ведана распахнула дверь шире. – Соберусь сейчас. Схожу, посмотрю, что случилось.

В кухню вошла молодая женщина лет тридцати. Растрёпанная, в потёртом платке, с красными от слёз глазами.

— Здравствуйте, - я улыбнулась, стараясь скрыть нервозность.

— Внучка моя, Милена. Ренатка померла, а внучка ко мне приехать решила, – придерживаясь легенде, сообщила Ведана и обратилась уже ко мне. – А это – Ульяна. Живёт через четыре дома.

— Здравствуй, - улыбнулась мне женщина искренне. – Вы извините, что я вот так… Уже думаю к Марфе сходить.

— Марфа та шарлатанка, - усмехнулась Ведана, набирая в тканевую сумку флаконы и баночки. – А дети так и болеют. То один, то второй. Потому что рядом находятся.

— Ведана, но у Мишки температура, а Васька с животом!

— А Марфа тебе чем поможет?

— Не знаю, - запутавшаяся мать села на лавку и как-то сникла. – Вон, Крила хвасталась, что Фроса своего домой вернула. Приворот сняла. Он же пару лун с Мединкой жил. А тут вернулся. Крила говорит, ходила к Марфе, плакала. А та ей помогла за серебрушку. Хотя говорила, что сложно это, сильный приворот на Фросе.

— Идиотки, - пробурчала Ведана устало. – Фрос вернулся, потому что Мединка погнала его. Он же пьёт не переставая. Мединка думала, мужик у неё теперь будет, а оказалось, что ещё и на него надо пропитание искать.

— Наверное, ты права, - задумчиво отозвалась Ульяна. – Ох, боязно мне за детей.