Книга Эра белого орлогрифа, страница 39 – Анюта Соколова

И лишь посреди Первого солнца вспомнила деталь, которая заставила меня подскочить.

— Что случилось? — встревожился Дин.

— Мы не предохраняемся! — выпалила, стараясь не сорваться в истерику. — Что будет, если я забеременею?!

— Всего-то? — он притянул меня к себе. — Я уж испугался, произошло что-то страшное, вроде бестий на пороге. Иржинка, я же говорил, что не планирую детей. Поэтому позаботился заранее — небольшое целительское вмешательство, и никаких проблем. Прости, что не сказал тебе сразу.

— Я сама виновата, — пробормотала смущённо. — Обо всём забыла.

— Ну, немудрено, — Дин ласково поцеловал меня. — Ведь я твой первый мужчина.

— И последний, — я ответила на поцелуй. — Ты самый лучший, Дин!

— Тебе просто не с кем сравнивать, — он погладил мою щёку. — Давай спать.

Он заснул быстро, а я лежала и смотрела на каменные наплывы потолка пещеры. Сколько ещё мы пробудем в этом невероятном месте? Неделю, две? Пусть даже месяц. Потом всё равно вернёмся в Ашинор. Как примут меня родители Дина? Вряд ли они будут в восторге от того, что их сын связался с хаотиком. И Катрина — её, как и Зей, арестуют за попытку убийства. Или уже арестовали? Узнав, что её бывший жених теперь со мной, она его возненавидит. А у неё влиятельная семья — не было бы потом у Дина неприятностей!

Задремала я только с восходом Второго солнца, спала некрепко и недолго. Мне привиделся кошмар: я в панике убегала от ослорогов и попала в болото к иглобрюхам. Чудовищная пасть схватила меня за ногу, дёрнула и оторвала. От ужаса я проснулась и, когда поняла, что это был всего лишь сон, чуть не завопила от радости. Дин ещё спал, мирно посапывал и улыбался чему-то во сне. Осторожно, чтобы его не потревожить, я вылезла, оделась, вышла из пещеры и замерла.

Снаружи шёл снег. В воздухе кружились крупные белые хлопья, которые не сыпались с неба, а поднимались из пропасти. В этом невероятном зрелище была какая-то непостижимая тайна и красота. Снег наоборот! Он какое-то время парил над провалом, а затем медленно опускался на землю, заполняя борозды, оставленные орлогрифом. Заметно похолодало: я пожалела, что не накинула куртку. Но всё же не удержалась, подошла и боязливо заглянула вниз. Мерцающий серебряный туман полностью скрыл дно и тот удивительный свет, что я заметила в самый первый раз.

Снегопадом я любовалась, пока окончательно не замёрзла, и лишь затем вернулась в пещеру. Дин зашевелился и поднял голову:

— Иржинка? Ты чего не спишь?

— Там идёт неправильный снег, — махнула рукой в сторону выхода.

— Неправильный? — Дин зевнул.

— Он не падает из туч, а вылетает из провала.

— Да?

Дин вылез из мешка, потянулся и неспеша оделся. Но когда мы вышли, снегопад уже закончился. Воздух заметно потеплел, площадку припорошил тонкий снежный слой. Однако этот свежий слой совершенно сливался с тем, что уже лежал. Дин повернулся ко мне с ироничной улыбкой: мол, и где?

— Но снег и правда шёл! — я развела руками. — А ещё я видела на дне пропасти свет!

— Выдумщица моя любимая, — Дин поцеловал меня и мягко повлёк обратно в пещеру. — Неправильный снег, свет в бездне, разумный орлогриф…

Я уступила нежности, хотя в глубине души стало немножечко обидно. Ведь я ничего не выдумывала, просто происходящее было слишком необычным. Возможно, если бы подобную историю рассказал кто-то другой, я тоже не спешила бы верить. Но вскоре мне стало не до странностей: Дин снова любил меня и шептал слова, от которых внутри всё плавилось. В редких промежутках между ласками я несколько раз порывалась поднять тему необъяснимых явлений, и каждый раз что-то мешало.