Книга Эра белого орлогрифа, страница 121 – Анюта Соколова

— Сколько планов я испортила, — вздох вырвался сам собой.

— Не ты, — отрезал Бран. — Если бы Катрина Фершо не была настолько избалована и сдержала бы свою неприязнь, ничего бы не случилось. Динтер пооблизывался бы и успокоился, он эгоист и лентяй, рисковать сытой и обеспеченной жизнью ни за что не стал бы.

— Теперь мы можем уйти? — спросила я.

— У тебя не осталось никого, с кем бы ты хотела попрощаться? Файра Крост, к примеру. Вроде вы сблизились после практики.

— Я этого не помню, — покачала я головой. — Сейчас для меня в школе все чужие. За исключением Реншо, но и его я видеть не хочу. Мне нечего ему сказать. Неловко, понимаешь? Он столько для меня сделал, я ему очень благодарна. Только благодарность — это не любовь.

— Это верно, — он кивнул. — Пойдём, Фабер наверняка уже подпрыгивает от нетерпения.

Воронка портала уже намечалась, когда с лестничной площадки раздался оклик:

— Ваше Высочество!

К нам неторопливо направлялась красивая аристократка, похожая на изящную статуэтку. Мелькнула мысль, что я где-то совсем недавно видела эти тонкие черты и удивлённо приподнятые брови.

— Доброго солнца, госпожа Бирош, — Бран мгновенно собрался, словно мы перенеслись в Ущелье.

Бирош! Мать Дина! Младшая сестра королевы! Жуткое желание вжаться в простенок, как до этого Рой, я подавила с трудом.

— Вы знаете, я тут подумала…

Воздух вокруг меня неожиданно сгустился, будто я оказалась в коконе из твёрдой ваты. Бран тоже застыл, его глаза остекленели. Госпожа Бирош ухватила мой локоть и рывком затащила за собой в портал.

— Бесы, как же ты мне надоела, — выдохнула она. — Жалкое, мерзкое насекомое.

Оцепенение не проходило. Всё, что я могла, — смотреть на равнину с островками пурпурной травы и стадом ослорогов неподалёку. Госпожа Бирош не тратила время на разговоры: она пронзительно свистнула, и бестии подняли головы.

— Приятного аппетита, — пожелала им госпожа Бирош и исчезла в портале.

Время замедлилось. До предела обострилось зрение и слух. Стадо неслось на меня, я видела довольные оскаленные пасти и морды в шрамах. Подсохшую бурую кровь на острых рогах. Слышала ровный топот и зловещее пофыркиванье. Парализованное тело не позволяло даже прикрыть глаза — я буду смотреть, как меня рвут на куски…

Огромная туша загородила солнце, и в локте от меня щёлкнули клыки.

Такого чудовищного ужаса я ещё никогда не испытывала. Невыносимый страх раздирал изнутри. Милосердная Тьма, пусть всё закончится быстрее!

Ущелье вдруг ощутимо тряхнуло. Земля ушла из-под ног, небо накренилось и оказалось сбоку. От оглушительного грохота заложило уши. Второй толчок вызвал панику у ослорогов — перед глазами заметались жилистые ноги. Равнина раскололась, в образовавшуюся трещину поползли пласты дёрна с травой. Страх сменила какая-то весёлая обречённость. Погибнуть при землетрясении всё же лучше, чем быть съеденной заживо.

Даже когда я куда-то покатилась, прежний ужас не вернулся. Если повезёт, приложусь виском о камень, и на этом всё закончится. Бран найдёт моё тело или то, что от него оставят бестии. Некстати вспомнилось про переваренные подмётки и пуговицы, но думалось об этом отстранённо и вяло. Мир буквально крутился вокруг меня, острая боль от ударов сменялась тупой, лицо стегали какие-то то ли корни, то ли ветки, в одежду набилась земля. А затем я ухнула в холодную бесконечную пустоту.