Книга Эмкаэлка, страница 4 – Анюта Соколова

Передо мной была мёртвая я.

Не заорала я лишь потому, что не желала доставлять удовольствие своему спутнику: он, разумеется, ожидал от меня чего-нибудь в этом роде. Все мужчины свято убеждены, что девушки — нежные и трепетные создания, чуть что с визгом падают в обморок. В то же время в Тайной службе Шираза был специальный отряд из закалённых убийц — пять невинных с виду хрупких дам. В отличие от агентов мужского пола, они никогда не уходили в запой, чтобы заглушить угрызения совести. Женщина и жалость — понятия несовместимые.

Первое, что я сделала, — поискала на своём мёртвом теле особые приметы. Сначала нашла свежий разрез на месте вживлённого за ухом артефакта, затем шрам на лодыжке, память о приюте, и родинку на животе рядом с пупком. На этом я не остановилась и внимательно осмотрела ногти на правой руке. В десять лет я прищемила дверью большой палец, ноготь почернел и сошёл, но с тех пор на нём была крошечная, едва различимая вмятинка. Эрен с недоумением следил, как я старательно сравниваю большие пальцы.

— Хорошо, — глухо произнесла я. — Считайте, вы меня убедили. Как я умерла?

— Тебя убили, — он слегка приподнял мою… то есть голову покойной, и отвёл волосы. — Видишь в основании черепа небольшую треугольную рану? Убийца вонзил сзади что-то вроде длинного стилета, который прошёл насквозь и вышел из нёба. Это ты тоже полезешь проверять?

— Пожалуй, откажусь, — мне всё же пришлось опереться на стол. — Будьте любезны, господин Эрен, повторите ваш рассказ с того момента, как Грегори вас нанял.

— Может быть, ты всё же предпочтёшь выслушать меня в более удобном месте?

— Может быть, — эхом откликнулась я. — Глаза только себе закрою. Я не набожна, но всему есть пределы.

— Не трогай, — нахмурился он. — Это тело находится в состоянии, когда все процессы разложения остановлены. После… после всего господин Велор сможет похоронить свою невесту должным образом, в фамильном склепе.

Я машинально кивнула, но заминку запомнила.

— Идём, — Эрен подхватил меня под локоть.

Руку я выдернула:

— Повторяю ещё раз: кем бы я ни была, я не потерплю бесцеремонности. Для вас, господин Эрен, я госпожа Керон, извольте обращаться ко мне должным образом.

— Ты не Хеллин, — жёстко возразил он. — У тебя нет её заслуг и положения, у тебя даже документов нет. Ты никто. Для удобства я зову тебя Хел, но вообще-то таким, как ты, положен исключительно порядковый номер. Ты — номер триста сорок семь в реестре магических копий личности, сокращённо МКЛ. Эмкаэ́лка в обиходе магов. Господин Грегори Фолер — твой владелец. Не хозяин, обрати внимание, а владелец. Пепельница господина Фолера, трость господина Фолера, эмкаэлка господина Фолера…

Моя рука описала красивый полукруг и звонко впечаталась в его губы. Бить по щекам слишком банально.

— Запомните, господин Эрен. Раз Грегори потратился на моё воскрешение, значит, я ему нужна. Очень нужна. Значит, он будет вести себя так, будто я — Хеллин Керон. И вы будете. Плевать я хотела на ваши реестры, номера и принятые названия. Вам ясно?

Он долго смотрел — не на меня, на моё мёртвое тело. Погладил вспухшую губу:

— Ясно. Поднимемся в мой кабинет, госпожа Хеллин. Я не имею права звать эмкаэлку именем покойной, такой вариант вас устроит?

— Нет, — твёрдо ответила я. — Госпожа Керон. У меня характер Хеллин, привычки Хеллин и память Хеллин. Соответственно, она и есть я. А я разрешала звать себя по имени очень ограниченному кругу людей. Вы в этот круг не входите.