Книга Эмкаэлка, страница 31 – Анюта Соколова

— Они не вытирали кровь?

— Похоже, крови было немного. Мне доставили ваше тело в половине шестого утра, были лишь слегка испачканы ночная сорочка и ворот халата.

— Знать, куда бить, заколоть с одного удара, причём с такой силой, чтобы лезвие прошло насквозь — сомневаюсь, что подобное возможно без специальной подготовки. Если это агент императора, то ничего удивительного. Грегори тоже предпочитает убийц-женщин: им намного легче подобраться к объекту и их мало кто подозревает до той минуты, пока булавка или нож для писем не превратятся в смертельное орудие.

— Вас точно убили не булавкой: нож оставил чёткую треугольную рану.

— Классический трёхгранный стилет, стандартное оружие наёмников. Бесшумно, быстро, чисто.

Я задумалась. Одно не складывалось с другим.

— Кир, послушайте. Если меня убил незнакомый наёмник, то почему я повела себя столь беспечно? А если это кто-то из знакомых мне обитательниц дома, неужели я настолько слепа, что не почувствовала профессионала?

— А вы приглядывались к слугам? — вопросом на вопрос ответил он. — Насколько я понял, вы следили исключительно за Тоденом. Если бы служанка принесла вам, к примеру, письмо, вы смотрели бы на письмо или на служанку?

— Даже если бы это было чрезвычайно важное письмо, поворачиваться к кому-либо спиной не в моих привычках, — я закусила губу.

Было что-то ещё, что-то, что ускользало, оставляя неприятное ощущение собственной недогадливости. Всё-таки моя копия отличалась от оригинала не в лучшую сторону. Хеллин Керон всегда вычленяла главное, а я… Я зевнула.

— Ложитесь спать, Хеллин, — Кир поднялся. — У вас уже глаза закрываются. Завтра договорим.

— Бракованная у вас получилась копия, — посетовала я полушутя-полусерьёзно. — Есть хочет, засыпает на ходу.

Кир еле слышно вздохнул: будь я человеком, ни за что бы не расслышала.

— И это самое странное, Хеллин.

Утро ворвалось в мой сон досадным многоголосьем. Казалось, все обитатели особняка орали у меня под ухом, пытаясь перекричать друг друга. Ссорились лакеи, напевала камеристка, распекала кого-то экономка, кухарка ворчала на неуклюжую помощницу, повар кричал на зеленщика, даже горничные перекликались неприлично громко. Я накрыла голову подушкой — не помогло. Что за чертовщина?! Какое счастье, что в поместье Дилана не так много слуг…

Воспоминания заставили подскочить и закусить губу, чтобы не разреветься. Не будет Дилана, не будет собственного уютного дома, не будет детей. Всё это у меня отняли. Но слёз тоже не будет. Не дождётесь, господа! Хеллин Керон не заплачет — она отомстит.

Злость прибавила сил. Чему учил Кир? Приглушать звуки и сливать их в неразборчивый фон. Так поступают все маги, значит, и я научусь. Занятно, стало быть, я тоже отчасти маг? Тело-то моё создано магически. Вытянув руки, я попыталась найти хотя бы незначительные отличия. Нет, сделано на совесть, всё до последней чёрточки — родное, привычное. И в то же время я — это не я. Настоящая я лежу на столе в холодном белом подвале, процессы разложения остановлены неведомым стазисом. Ту меня похоронят с почестями, Дилан будет носить цветы на её могилу. А этой меня просто не станет.

Чтобы избавиться от мыслей, я поднялась и дошла до ванной комнаты. Чугунная ванна на львиных лапах сохранилась ещё с тех времён, когда служанки наполняли её вёдрами — адский труд. Барон, несмотря на свою неприязнь к магам, поставил сложную систему артефактов, избавив и себя, и прислугу от множества хлопот. При нажатии на рычаг из крана текла горячая вода — роскошь, редкая даже для столицы, и ещё одно обстоятельство, почему я не протестовала против изначально бессмысленного задания.