Книга Любовь вне контракта, страница 88 – Tina Blad

— Кэсс? — мужчина почувствовал, что я очнулась, ещё до того, как я открыла глаза. Его голос был хриплым, но в нём звучала такая надежда, что у меня на миг перехватило дыхание. — Ты как?

— Я ещё даже в себя не пришла, а ты уже такие сложные вопросы задаёшь, — проворчала я, так и не открывая глаз. Состояние было в целом удовлетворительным, но было что-то, что изменилось во мне. Я чувствовала себя странно — расслабленной, но как-то не так, словно вместе с тем мужчиной умерло ещё что-то внутри меня. Какая-то часть меня, которую я не знала, но теперь ощущала её отсутствие.

— Однако твой язычок не пострадал, и меня это радует, — усмехнулся мужчина, но в его глазах всё же было что-то, что напрягало. Тень тревоги, которую он тщетно пытался скрыть.

— Лучше расскажи что-то, что меня порадует, — проворчала я, не решаясь ещё шевелиться. Я только открыла глаза и зажмурилась от яркого света магической лампы, висящей над кроватью. Комната была светлой, с высокими окнами, за которыми уже наступали сумерки.

— Боюсь, таких новостей для тебя нет, — поджал губы Ник. Его рука нащупала мою прохладную ладонь под простынёй и сжала её, окутывая теплом. Он смотрел не на меня, а куда-то вдаль, сквозь пространство, словно размышляя над тем, что и как мне стоит рассказать. Но сказать он ничего не успел — в палату зашёл лекарь. Я смутно помнила того, кто меня осматривал в последний раз, но этот был не тот. Этот был моложе, с добрыми глазами и аккуратной бородкой.

— Добрый вечер, — улыбнулся мужчина лет тридцати с небольшим. Он был одет в белый халат, в руках держал планшет с какими-то записями. — Ну, как себя чувствует моя самая необычная пациентка?

— Жива, и на том спасибо, — попыталась улыбнуться в ответ я. Голос звучал слабо, но я старалась держаться. — Расскажите, что со мной было?

Прежде чем согласиться, мужчина взглянул на Ника, и с его молчаливого согласия поведал мне весьма шокирующие новости.

— Вы, девушка, — тёмный эмпат, — ошарашил он меня.

— Чего? — по мне так это была тарабарщина какая-то непонятная. Я перевела взгляд с лекаря на Ника, надеясь, что он объяснит, но он лишь сжал мою руку чуть крепче.

— Эмпат — это тот, кто чувствует других людей, их чувства и эмоции, но вы — другая. Тёмные эмпаты ощущают чужую боль. Однако и на этом не всё, — на меня посмотрели так, словно пытались разглядеть что-то внутри, что было скрыто от глаз. — Обычно эмпатами рождаются, но вы из тех, кто им стал, в результате чего-то серьёзного, что произошло в вашем детстве.

— А что могло в нём произойти? — я всё ещё не верила его словам. — Родились мои брат и сестра? Это нанесло мне травму? — я даже фыркнула от абсурда, но внутри уже зарождался холодный страх.

— Кэсс, — тихо позвал меня Ник. Я с трудом повернула голову к своему мужу. Он выглядел так, будто собирался сказать что-то, что изменит всё. — Это ещё не всё. Ты своим родителям не родная.

Я замерла. Время словно остановилось, а слова повисли в воздухе, тяжёлые и неотвратимые. Я смотрела на него, пытаясь осознать услышанное, но разум отказывался принимать эту правду. Внутри всё рухнуло, и я почувствовала, как земля уходит из-под ног, оставляя меня висеть в пустоте. Мои пальцы, сжимающие его руку, дрожали, и я не знала, что сказать. Тишина в палате стала густой и липкой, и я чувствовала, как мир вокруг меня переворачивается с ног на голову.