Книга Любовь вне контракта, страница 74 – Tina Blad

Я ненадолго погрузилась в воспоминания о своих школьных годах — о том, как приходилось буквально ночами делать домашку, чтобы не получить плохие оценки, а днём помогать родителям в таверне, крутиться между столиками и улыбаться посетителям, даже когда внутри всё выло от усталости. Да, даже в том возрасте всё было не просто. Хотя лет до восьми всё было неплохо — меня любили, я была единственным ребёнком, и родители смотрели на меня с теплотой, которую я теперь почти не помню. А потом родились брат с сестрёнкой, и на меня у родителей просто не осталось времени. Но младших я в этом не винила — это же не их вина, что они появились на свет и заняли всё внимание. Я смотрела на их беззаботные лица и чувствовала лишь щемящую нежность, смешанную с лёгкой грустью о том, что уже никогда не вернуть то время.

Ждать своих пришлось не очень много. Как только прозвенел звонок — на свободу хлынула толпа цветов жизни. Дети выбегали из дверей, галдя, смеясь и размахивая портфелями, и среди этого пёстрого, шумного потока я старалась разглядеть своих малявок.

— Кэсси! — раздался знакомый звонкий голос, и я невольно улыбнулась. Сколько бы ни старалась затеряться в толпе, они заметили меня раньше. Ко мне уже подбежали два ангелочка с улыбками пакостников и заговорщицкими огоньками в глазах. Они обняли меня так крепко, что я на миг замерла, чувствуя, как от их тепла разливается по телу долгожданное спокойствие. А потом вместе затараторили, перебивая друг друга и наперебой рассказывая о последних событиях. Причём они знали о таком, о чём дети знать были не должны.

— Ты когда ушла, мама так ругалась! — взахлёб рассказывала Лейси, сверкая глазами.

— На папу наорала, — добавил обычно молчаливый Раен, и это было нечто. Значит, он реально по мне соскучился, если решился вставить слово. Поскольку народу было много, тем более детского, мне пришлось опуститься на корточки, чтобы видеть их на одном уровне, и я заглянула в их лица, такие родные и такие соскучившиеся.

— Да, они даже в разных комнатах спали! — подхватила сестрёнка, поддерживая брата. — Но уже помирились. Сейчас они вообще тихие, особенно когда узнали про убийство...

— В смысле, про какое убийство? — перебила я девочку, чувствуя, как внутри всё холодеет. Пауза повисла тяжёлая, и я заметила, что Аля тоже насторожилась, перестав перебирать лямку своей сумки.

— Ну так оборотня, — отмахнулась деловая мадам, словно обсуждать такое для неё было в порядке вещей. — Мама, как только про это прочитала, так в обморок грохнулась! Папа её потом отпаивал. После этого они заперлись в кабинете и что-то обсуждали.

— Но мы подслушали, — сдал сестру брат, за что получил осуждающий взгляд, но был быстро прощён — не родителям же сдавать!

— И что? — да, нехорошо так интересоваться, но их поведение было слишком подозрительным. Внутри меня закипала тревога.

— Мама говорила, что кто-то облажался, — поведала Лейси, и мне в реальном смысле поплохело. Земля ушла из-под ног, и я почувствовала, как в груди разрастается холодный ком. Да не могут они быть причастны! Не могут! — Храм не помог.

— А... — с облегчением выдохнула я, понимая, что речь шла не о том. — Боги не спасли этого оборотня?

— Да, он не молился и не посещал храм, — пожала плечами девочка. Для неё это было не более чем захватывающее приключение, о котором интересно рассказывать и узнавать подробности. Она даже не понимала, какую тяжесть обрушила на меня своими словами.