Книга (Не) нужная истинная маршала драконов, страница 78 – Мия Галицкая

Это было исцеление. Жестокое и болезненное.

Изможденный, обессиленный дракон рухнул на землю, издав хриплый, но уже лишенный безумия стон. Он был слаб, но жив. И чист.

Хард, тяжело дыша, опустился рядом, его огромная голова повернулась ко мне. В его глазах, еще полных боевой ярости, читался шок. Непонимание.

Тишина, наступившая после битвы, была оглушительной. Воздух пах пеплом и… зеленью, пробивающейся сквозь выжженную землю.

Я стояла, дрожа всем телом, силы покидали меня. Перед глазами поплыли темные круги.

Последнее, что я увидела, прежде чем сознание уплыло в черноту, – как Хард в человеческом облике, весь в крови и саже, стремительно пересекал поляну, его лицо искажено ужасом не за себя, а за меня.

Его руки поймали меня, прежде чем я рухнула на камни.

— Миранда! – его голос прозвучал хрипло и отчаянно. – Что ты наделала?!

Но я уже не слышала ответа. Мир поглотила тьма, но на этот раз – не скверна, а блаженное, спасительное забытье.

Сознание возвращалось ко мне медленно, как сквозь толщу теплой воды. Сначала я почувствовала тяжесть в веках, потом мягкость, на которой лежу, и тепло, согревающее спину. Воздух пах дымом, кожей и чем-то знакомым, горьковатым – целебными травами.

Я открыла глаза. Над головой простирался знакомый узорчатый полог шатра. Я была в постели, укутанная в мягкие меха. А рядом, сидя на краю походной кровати, сидел он.

Аларик.

Он сидел, склонившись вперед, локти уперты в колени, а лицо было скрыто в ладонях. В его позе читалась такая усталость и отчаяние, что у меня защемило сердце. Его зачарованный мундир был расстегнут, а руки и шея были покрыты свежими царапинами и темными пятнами засохшей крови. Он дышал медленно и глубоко, будто пытаясь унять дрожь, пробегающую по его плечам.

Я пошевелилась, и мех скрипнул подо мной.

Он мгновенно встрепенулся, убрав руки с лица. Его глаза, обычно такие холодные и собранные, были красными от усталости, а в их глубине бушевала буря из страха, гнева и… облегчения.

— Миранда, – его голос был хриплым, почти неслышным. Он протянул руку, но остановился в сантиметре от моей щеки, словно боясь прикоснуться. – Ты… как ты?

Я попыталась сесть, но тело отозвалось глухой болью и слабостью. По всему телу будто пробежали тысячи иголок.

— Что… что случилось? – прошептала я. – Тот дракон…Брэндон…

— Жив, – коротко бросил Хард, и его взгляд стал жестким. – Благодаря тебе. Он жив и больше не одержим. Но то, что ты сделала… – он провел рукой по лицу, и в его жесте была непривычная беспомощность. – Это было безумием. Чистейшим безумием, Миранда. Ты могла убить себя!

В его голосе прозвучала та самая боль, что заставила меня сжаться внутри. Но вместе со страхом в меня прокралось и странное, упрямое чувство.

— Я… я должна была попытаться, – тихо сказала я, глядя на свои руки. – Я не могла просто смотреть, как вы убиваете друг друга. Я чувствовала, что могу… помочь.

— Помочь? – он резко встал, и его тень накрыла меня. – Ты связалась с силой, которую не понимаешь! Скверна – это не игра! Это яд, который разъедает душу! И ты… ты впустила ее в себя!

Он замер, тяжело дыша, сжимая и разжимая кулаки. Я видела, как тяжело ему дается эта потеря контроля. Как он борется с желанием схватить меня и трясти, или, наоборот, прижать к себе и никогда не отпускать.