Книга ( Не ) нужная истинная маршала драконов, страница 88 – Мия Галицкая

* * *

Наконец настал день свадеб.

Весь город был украшен гирляндами и гербами обеих семей. Дворец сиял, как огромный драгоценный камень. Церемонии решено было провести в главном зале дворца, под сводами, расписанными фресками, изображавшими историю драконов и империи.

Сначала вступали в брак Корвис и Оливия. На ней было не пышное платье, а элегантное одеяние цвета слоновой кости, простое и удивительно гармоничное, подчеркивавшее ее природное достоинство. Когда она шла к алтарю, где ее ждал Корвис в парадном императорском облачении, в ее глазах стояли слезы счастья, а он смотрел на нее как на чудо, явленное ему во второй раз, как на потерянное и обретенное сокровище. Их клятвы звучали тихо, но были наполнены такой глубокой, зрелой любовью, что у многих присутствующих навернулись слезы.

Затем настал наш черед. Мое платье было настоящим произведением искусства — тяжелый белый атлас, расшитый причудливыми узорами из серебряных нитей и крошечных кристаллов, символизировавших единение льда и пламени — наше странное и прекрасное наследие. Голову венчала легкая диадема с сапфиром, цвет которого повторял глаза Харда. Когда я шла по длинному-длинному ковру к алтарю, я видела лица всех, кто стал моей настоящей семьей: сияющую Оливию, с гордостью смотрящего на меня Корвиса, подмигивающую и плачущую от счастья Нору.

Сама церемония слилась в единое яркое, волнующее пятно: твердые, надежные руки Харда, держащие мои дрожащие пальцы; его низкий, уверенный голос, произносящий древние клятвы верности и защиты; холодное прикосновение обручального кольца, которое он надел мне на палец; и мои собственные, чуть сбивчивые, но такие искренние слова в ответ.

А потом был бал. Великолепный, ослепительный, о котором будут слагать легенды. Залы дворца были переполнены гостями со всей империи и соседних королевств. Мы с Хардом открыли его традиционным свадебным танцем. Он вел меня уверенно и бережно, его рука на моей талии была моей главной опорой. Музыка лилась рекой, а мы кружились в центре зала, и на несколько мгновений мне показалось, что весь мир состоит только из нас двоих.

— Ну что, герцогиня Хард, — прошептал он, склонившись ко мне так близко, что его дыхание коснулось моей щеки, — теперь ты официально вся моя. Со всеми вытекающими последствиями.

— Только до первого же моего непослушания, Ваша Светлость, — парировала я, чувствуя, как расплываюсь в глупой, счастливой улыбке.

— О, я с нетерпением жду твоего следующего непослушания, — он улыбнулся своей редкой, но такой прекрасной улыбкой, от которой перехватывало дыхание. — Жизнь с тобой, моя дорогая, обещает быть абсолютно непредсказуемой. И я ни на что ее не променяю.

Мы танцевали еще несколько танцев, а вокруг нас кружился в вихре веселья весь свет империи. И где-то далеко, за пределами этих сияющих залов, Брэндон и Марта начинали свою новую жизнь, восстанавливая свой народ и залечивая старые раны. Леди Энта Роуз томилась в холодной башне Безмолвия, а ее дочь Магда искала свой путь в изгнании. Но здесь, сегодня, под звуки прекрасной музыки, в сиянии тысяч свечей, было только наше счастье. Счастье, завоеванное такой дорогой ценой, оплаченное кровью, слезами и мужеством, и оттого оно было бесконечно ценным и хрупким.