Книга Семеро по лавкам, или "попаданка" во вдову трактирщика, страница 100 – Алёна Цветкова

Я вздохнула.

— Думаете, я не знаю, что на таких клиентах, — я кивнула на разношёрстную толпу, — много не заработаешь? Я мечтаю, чтобы в моём трактире останавливались купеческие караваны. Но пока такое случилось всего дважды. Мне приходится сводить концы с концами, давая приют вот таким одиноким путникам. А о том, чтобы сделать ремонт и нормально обставить комнаты, речи пока не идёт.

— Я думаю, что у вас всё получится, — улыбнулся маг и добавил: — Особенно если вы не будете воротить нос и слегка ошкурите драконов, которые ночуют сегодня в вашем трактире. Поверьте, они могут заплатить гораздо больше, чем одну монету.

— Я и не сомневаюсь, — фыркнула я. — Но Авдотья сказала мне, что с драконов нельзя ничего просить — тогда их плата будет гораздо выше.

Господин Омул качнул головой:

— Авдотья, вне всякого сомнения, права. Но не совсем. Просить надо, но сначала стоит… О! Смотрите! — Он вдруг весь встрепенулся. — Авдотья! Вы были правы, когда говорили, что полудраконица вернётся в город.

В толпе действительно стояла моя кухарка. Она наклонила голову, надвинула платок на лицо и, энергично расталкивая людей локтями, пробиралась к воротам.

— Идёмте скорее, — маг резко ускорился и рванул за ней. — Если сейчас упустим, потом найти её будет гораздо сложнее.

Мы нырнули в толпу раньше, чем я успела узнать, что же нужно сделать сначала, до того как потребовать с драконов плату за всю ту нервотрёпку, которую они мне устроили.

Господин Омул предусмотрительно держался чуть позади Авдотьи и, вероятно, что то колдовал — она постоянно оглядывалась и пару раз коснулась нас взглядом, но словно не видела. Хотя, может быть, мы просто слились с толпой, которая тащила нас во все стороны, пихала острыми локтями и коленками и жила своей особенной жизнью, превращая каждую самостоятельную личность в безмозглую клетку своей плоти.

А иначе как объяснить то, что стоило открыть ворота, как мы с господином Омулом, целым верховным магом из Гойи, повинуясь стадному инстинкту, рванули вперёд, не дожидаясь, когда подъёмный мост опустится окончательно? И даже когда мне пришлось прыгать через ров, цепляться за висящий в воздухе край моста и карабкаться на него, обдирая руки и разрывая одежду, я сделала это не задумываясь, вслед за всеми. Хотя, если бы была одна, ни за что не решилась бы на такой сумасбродный поступок.

Потом я изо всех сил бежала по опускающемуся мосту, таща за собой мага, на которого инстинкты толпы подействовали не так сильно. Кажется, он даже пытался уговорить меня подождать, когда мост опустится окончательно, но я его словно не услышала.

За воротами нас встретила стража. На миг мне показалось, что они были шокированы увиденным и пытались остановить бегущую на них толпу. У них ничего не вышло, стражники успели задержать только тех, кто бежал в первых рядах, а остальные продолжили забег как ни в чём не бывало.

Однако стоило миновать стражу и оказаться на улицах Ламана,

…как толпа точно так же стремительно начала распадаться. Люди разбегались по своим делам, исчезая в узких улочках, словно маковое зерно, рассыпанное по газону.

Я тоже рванула вправо и со всех ног бежала по той самой улице, что привлекла моё внимание в тот памятный день, когда я впервые попала в город. Правда, я не сразу поняла это — просто бежала, таща за собой кричащего что то мага.