Книга Грозовой аудит: чипсы, мазь и два меча, страница 21 – Алиса Миро

Подойти, встать на цыпочки, зарыться лицом в этот меховой воротник, вдохнуть морозный воздух, исходящий от него, и прошептать что-то совершенно непристойное. Мне захотелось, чтобы он посмотрел на меня не как генерал, а как... самец. Чтобы он снова сгреб меня в охапку, как ночью. — Ты мой, — беззвучно шевельнула губами я. — Ты носишь мой плащ. Ты пьешь мой кофе. Ты спишь в моей постели. Это было пьянящее чувство власти и принадлежности. Я, Елена Викторовна, аудитор из двадцать первого века, хотела этого средневекового варвара до дрожи в коленях. Словно почувствовав мой взгляд — тяжелый, требовательный, женский — он замолчал на полуслове. Его спина напряглась. Он медленно, хищно повернул голову. Его взгляд безошибочно нашел меня в тени навеса. На секунду наши глаза встретились. Я не отвела взгляд. Я смотрела на него прямо, открыто, позволив всему, что я чувствовала — теплу, нежности, голоду — отразиться на моем лице. Я даже слегка улыбнулась, касаясь пальцами губ. «Привет, любимый. Тебе идет». Я ждала ответной улыбки. Или кивка. Но Виктор не улыбнулся. Его глаза потемнели, зрачки расширились, поглощая радужку. Я увидела вспышку — ответный голод, мгновенный и яростный. Но уже через долю секунды его лицо превратилось в гранитную маску. Между бровей залегла глубокая, резкая складка. Он нахмурился. Жестко. Почти зло. В этом взгляде было четкое послание: «Не здесь. Не сейчас. Не смей смотреть на меня так при моих солдатах. Я — Командир, а не твой любовник». Он демонстративно, резко отвернулся, отсекая наш контакт, словно захлопнул передо мной тяжелую дубовую дверь. — Маркус! — рявкнул он так, что бедный лейтенант вздрогнул. — Почему третья башня до сих пор не получила дрова?! Вы что, ждете, пока часовые превратятся в ледяные статуи?! Меня словно хлестнули по щекам. Обида? Нет. Я медленно выдохнула, чувствуя, как горячий узел внутри развязывается, превращаясь в холодное понимание. Он прав. Здесь — война. Здесь нет места сантиментам. Если Лорд будет таять от взгляда женщины, его перестанут бояться враги и уважать друзья. Он защищает не только свой авторитет, он защищает нас. Я усмехнулась, поправляя шаль. — Ладно, генерал, — прошептала я. — Во дворе командуешь ты. Я развернулась, чтобы идти обратно в башню. Но я знала одно: когда наступит вечер, и тяжелая дверь моей комнаты закроется на засов... я сниму с него этот плащ. И эту маску. Вместе с кожей, если придется. А сейчас — работа. Дипломатия не ждет. Вернувшись в башню, я не стала тратить время на рефлексию. Сцена во дворе дала мне заряд адреналина. Виктор прав: он держит периметр силой оружия. Я буду держать его силой экономики. Я села за стол, отодвинув в сторону баночки с кремом. Передо мной лежал чистый лист плотной бумаги. Задача: Написать письмо людям, которые последние пятьдесят лет использовали бумагу только для растопки.

Целевая аудитория: Горные Кланы. Психотип: Агрессивные, недоверчивые, консервативные. Ценят силу, честность и клановую верность. Оффер: «Не убивайте нас, и у вас перестанут болеть колени». Я макнула перо в чернильницу.

Я макнула перо в чернильницу. Никаких «Милостивых государей» и витиеватых оборотов. Горцы сочтут это слабостью. Писать нужно так, как рубят мясо — коротко и по делу.