Книга Пропавшая истинная, страница 35 – Лана Нежная

— При чём тут её слух?

— Дурень, иди, говорю.

Мы попрощались. Я пошёл.

—

На ступеньках её крыльца сидела Луна. — Привет, Луна моя, — тихо сказал я, присаживаясь рядом. — Хоть ты на меня не злишься?

Она посмотрела на меня своими голубыми глазами. — Тебя Катя покормила? Хочешь есть?

Она встала, пошла в сторону леса, оглянулась. — Хочешь гулять? Ну пойдём.

Мы пошли с ней вместе. Лес пах сыростью и хвоей. Дошли до поваленной сосны. Я сел на ствол. Луна подошла и… положила голову мне на колени. Сама. Первый раз.

Я замер, боясь спугнуть. Осторожно запустил пальцы в её густую серебристую шерсть. — Соскучилась? Совсем одна заскучала, да? Только без меня никуда одна не ходи, опасно.

Она смотрела прямо в глаза. И в этом взгляде больше не было той настороженности, что была раньше. — Луна, ты такая умница… Спасибо за Катю. Ты её спасла.

Фыркнула, но голову не убрала.

— Катюш, прости, — тихо проговорил я, надеясь, что она слышит. — Я по-другому не мог… Правда. Я просто боялся за тебя.

Волчица тихо выдохнула, вильнула хвостом и развернулась в сторону дома. Мы пошли не спеша. Я почесал её на пороге, она довольно прищурилась, потом ушла в дом и улеглась на своё одеяло. Я пошёл в уличный душ, смыл с себя дорожную пыль и запах бензина.

После пришёл к ней на крыльцо. Сел в её любимое кресло. Зайти внутрь не мог — она прогнала. Чётко дала понять: «Не ходи за мной». Но и далеко от неё не мог. Физически не мог. Буду хоть на коврике у двери, но рядом.

Заснул прямо в кресле.

—

Проснулся рано утром от пения птиц. Светало. Я сидел в том же кресле, шея немного затекла. Но я не мёрз. На мне был накинут тонкий мягкий плед. Тот самый, в который она куталась по вечерам.

Я посмотрел на закрытую дверь, потом на плед, потом снова на дверь. — Это значит… простила? — спросил я в пустоту утреннего сада.

Визуал:

Катя

Он не вернулся ночевать.

Сначала я ждала Серого. Я уже привыкла, что он всегда рядом, что его тяжёлое дыхание слышно даже через закрытое окно. Потом ждать начала Луна. Ей категорически не понравилось то мясо, которое я ей наложила (видимо, Егор выбирал кусочки получше), она хотела гулять, но сама, трусиха, боялась идти в тёмный лес без провожатого.

Но он так и не пришёл. Мы просидели в темноте до полуночи.

Утром его тоже не было. Машины нет — не приехал.

Класс. Отлично. Похоже, остался развлекаться в городе. Пока я тут сижу, жду, как последняя дура… Луна, чувствуя мой горький запах обиды, зашевелилась и недовольно зарычала.

Ближе к двум часам дня я наконец услышала знакомый рокот его старенького УАЗика.

Да неужели? Нагулялся?

Я демонстративно не отвлекалась от своих дел. Стояла возле дерева с большим тазом. Обрывала черешню. Хотела сделать варенье без косточек. Пальцы уже были липкие от сладкого тёмно-красного сока.

Не успел двигатель заглохнуть, как из кустов вылетел Серый. Он буквально налетел на меня, ткнулся мокрой мордой мне в живот, пытался облизывать руки, испачканные в вишне, заглядывал в глаза. Смотрел так преданно, так виновато, что сердце предательски ёкало. А сам, спрашивается, где был с вечера до самого обеда? От него пахло выхлопными газами, машинным маслом, дорогой и… усталостью.

— Нагулялся? — спросила я. Больше не его, а Егора. Я же понимала, что Волк был всё это время внутри.