Книга Тайна Верховной жрицы, страница 47 – Виктория Виноградова

Положение жриц начало меняться после того, как был создан магический резонатор, который позволял выкачивать энергию земли без участия людей. За счет резонатора магия добывалась в больших объемах. Ее называли промышленной, или грязной, но она позволила совершить технологический скачек в развитии, сделав Иривию мощнейшим соперником на мировой арене. Это был настоящий бум производства: были созданы магические кристаллы, позволившие не только хранить добытую магию, но и использовать ее как альтернативный вид топлива, гораздо более мощный, чем дрова или уголь. Орден магистров получил в свои руки невероятную власть. Он вышел из-под контроля государства, став независимым управляющим органом.

Жрицы не были упразднены, хоть больше и не занимались магической добычей. Их ролью стало распространение влияния Ордена на массы. Женщины проводили праздники, лечили больных горожан, занимались изготовлением амулетов и эликсиров. Кроме того, по всей Иривии открывались школы, где обучали основам магии. В ту пору людям еще дозволялось самим добывать и использовать магическую энергию для личных нужд: в фермерстве, животноводстве, в различных ремеслах.

Но в 1743 году все изменилось. Король Иривии, а на тот момент страна еще не являлась империей, не желавший мирится с тем, что контроль над магией в руках Ордена, заключил альянс с Савенийской конфедерацией. Вместе они объявили жречеству войну. На стороне Ордена была боевая магия, на стороне короля — мощь крупнейшей конфедерации, в которую входили большинство государств соседнего материка. Король одержал победу. Орден было решено оставить, чтобы конфликт не перерос в гражданскую войну, но магистров сильно урезали в правах. Им оставили лишь право на владение магическими землями и небольшой доход с добычи магии. Добыча, продажа, исследования и переработка магии перешли в руки государства.

Со временем король издал указ о запрете на использование магии простым населением. Закрылись школы, лечением стали заниматься больницы.

Все это привело к тому, что нынешние жрицы не владели первородной чистой магией.

Вся их работа теперь сводилась к проповедям, проведению свадеб, похорон, городских праздников и к частным беседам с горожанами. На мероприятиях им дозволялось демонстрировать «чудеса» религии. Или, как это называла Меган — балаганные фокусы. Создавать при помощи «пробужденной», то есть заранее обработанной и подготовленной магической почвы зрелищное волшебство. Запускать салюты из золотой пыльцы, окутывать площадь цветочными ароматами, окрашивать воду в жемчужно-перламутровые тона, и творить прочие милые глупости, вызывающие восторг у публики, но относящиеся к магии постольку поскольку. Сама Меган в такие моменты чувствовала себя не столько уважаемой жрицей, сколько дешевым иллюзионистом, выставленным на потеху горожанам.

Так что для Баргоса заявления Меган выглядели весьма сомнительно. Мальчишка явно задурил жрице голову обещаниями научить магии. С подопечной творилось что-то неладное. Еще никогда она не была столько спокойной. На кону победа в испытательной неделе, опасный Лабиринт, избавиться от соперницы не получается, а она стоит, мечтательно глядя вдаль.

— Да ты, похоже, влюбилась в этого Клавия! — догадался куратор.

Меган вздрогнула, захлопала глазами, будто силясь прогнать наваждение.