Книга Тайна Верховной жрицы, страница 109 – Виктория Виноградова

— Ты не учитываешь одного факта, — Альберг высвободил рукав и отошел в сторону, вновь уткнувшись взглядом в пол, — когда разумом управляют эмоции — ему нет дела до логики. Никто не станет думать над мотивами террористов. А даже если кто-то и начнет задаваться таким вопросом, то ответ весьма прост: савенийцы — враги. Они пытаются запугать население, внести смуту, разъединить перед лицом опасности. Они варвары, для которых не знакома жалость. И столь кровавый теракт наглядно покажет народу с какими нелюдями мы воюем.

— И все-таки, если кто-то погибнет? Невинные дети не должны быть платой за единство народа. Это несправедливо!

— Ты заблуждаешься, — наставительно произнес государь. — Это и есть высшая справедливость. Судьба одного человека не может быть выше судьбы всего народа. Справедливость жестока. Она не признает гуманности. Нельзя принести людям благо не запачкав руки. Увы — такова цена для любого правителя.

— Знаешь, Альберг, обычно я всегда на твоей стороне, однако в этой затее, извини, ты не найдешь поддержки в моем лице. Я отказываюсь этим заниматься.

Император сжал кулаки, готовый вновь сорваться, но на этот раз сдержался. «Как же я от всех от вас устал! Никто не хочет мне помочь! Все только требуют, мешают, противостоят! И без того нелегко управлять огромной страной, а тут еще приходится тратить силы, чтобы переубедить помощников».

— Эр, пойми, я не испытываю удовольствия, собираясь взорвать лицей. И меньше всего хочу, чтобы кто-то пострадал. Тем более — дети. Но я не могу допустить начала революции. А все к тому и идет. Ты и без меня прекрасно знаешь, что Иривия не переживет этого. Савенийцы обязательно воспользуются моментом и захватят материк. Мне что, объяснять тебе как маленькому, что тогда случится со страной? Напомнить, в каком положении находилось наше государство, когда являлось савенийской колонией? Как эти варвары выкачивали магию из почвы? Как голодал народ? Каких сил нашим предкам стоило отвоевать суверенитет? Лично я не желаю повторения истории. И если для общего блага должны погибнуть несколько детей — что ж… мне не страшно испачкать руки. А ты или помоги мне, или отойди в сторону. Но знай, я в тебе разочарован. Не думал, что ты настолько сентиментален и наивен.

Альберг был твердо убежден, что, если он покажет народу всю опасность савенийцев, те объединятся против внешнего врага. Жестокого и кровожадного. Непопулярные законы отойдут на второй план. Когда на кону собственная жизнь и жизнь семьи, военные налоги кажутся справедливой платой за мир.

— Но дети — это наше будущее, — продолжал спорить советник.

— Ты говоришь так, словно я собираюсь взорвать все лицеи со всеми детьми! Приди в себя! Я еще не сошел с ума.

«Как знать», — подумал Эр. Он и до этой беседы видел, что смерть брата сильно повлияла на Альберга. Но не думал, что трагедия настолько ожесточила правителя.

— Взрыв будет небольшим. В одном из пустых кабинетов. Мы предпримем все меры, чтобы настоящих жертв среди детей не было. Но мне нужно, чтобы ты договорился с моргом. На месте взрыва должны будут обнаружить тела погибших. Необходимо все обставить как можно более реалистично. Чтобы ни у журналистов, ни у народа не возникло сомнений в реальности происходящего. В операцию должны быть посвящены минимум людей. В идеале: судмедэксперт и следователь, который укажет на нужных нам подрывников.