Книга Искушение. Мой непокорный пленник, страница 60 – Виктория Виноградова

— Да нет же, — Маркус улыбнулся и замедлил шаг. — Вот смотри, представь, что ты знаешь, что в твоем в саду растут персики. Но приходит гость, который не видел твоего сада и начинает доказывать, что ты врешь, и персиков там нет. Станешь ты из кожи вон лезть, пытаясь доказать свою правоту? Главное, ты сама знаешь, что персики растут. И этого достаточно.

— Ну хорошо, допустим. В споре — да, наверное, есть смысл не тратить время, пытаясь доказать, что кто-то не прав. Но когда дело касается обидчика? Тоже игнорировать? А если он лезет с кулаками?

— Зависит от ситуации, но и там принцип схож. Многие люди слабы и действуют жестоко только из страха за самих себя. Для них мир полон бед и тревог. Каждый прохожий — источник угрозы. Каждое событие, не вписывающееся в их замыслы, несет разочарование и боль от сломанных надежд. Я вижу это по вашим соотечественникам. Тому, как вы переживаете, с какой настороженностью относитесь друг к другу. У нас совсем иной взгляд на жизнь. Мы не ищем подвохов в других. Даже если мы разочаруемся в человеке — это не убьет нас. Мы сильные, со всем справимся. Когда нет нужды бояться, мир воспринимается совершенно иначе.

«Ну-ну. То-то в итоге на вас напала наша армия», — подумала я, но вслух сказала иное:

— Ты поэтому так быстро успокоился?

— Правда на нашей стороне. Я знаю, что мы победим. И ты совершенно была права, напомнив, что криками я не помогу убитым, не изменю мнение ваших аристократов. А раз так, то незачем сотрясать воздух. Прости, еще раз. Я и впрямь забыл о том, как сильна моя нация, сколько в ней мужества и достоинства. Мы справимся с любым врагом, а мое поведение говорит лишь о слабости и страхе. Спасибо, что указала мне на это.

Остаток дороги мы провели молча, каждый думал о своем. Интересная у Маркуса философия. Не могу сказать, что согласна с ней, мне кажется, она может быть губительной в ряде случаев, но есть в ней и рациональное зерно. В чем-то даже схожа с трудами иллейских философов. Любопытно было еще пообщаться на эту тему, но сперва мне хотелось сделать кое-что иное.

Поведение Маркуса во время обратного пути настолько меня обезоружило, что если в начале дороги я думала о наказании для раба, то под конец — о том, чтобы как-то его поддержать. Понимаю, выглядит нелогично. Вроде сама вот только размышляла, что нужно быть строже, что я разбаловала арамерца.

Но, с другой стороны, он искренне старался вести себя как примерный раб, хотя я прекрасно понимаю, что вся эта покорность ему поперек горла. Он сдержался, когда Эйстерия полезла его ощупывать. Хотя тоже мог наговорить такого, что я оказалась бы в больших неприятностях. Аристократам он тоже не сказал ничего дурного. Лично он их никак не оскорблял, в драку не лез. Даже на выпад не стал отвечать. Я уже не говорю о том, что ему пришлось наблюдать за тем безжалостным боем.

Начни он закатывать истерику, ругаться, обвинять меня в том, что я нарочно его потащила в амфитеатр — заперла бы его в клетке дня на три. У нас в подвале есть такая. Маленькая, в ней только лежанка помещается, краник с водой и дырка в полу, чтобы было куда справлять нужду. Ни света, ни тепла. Даже спать приходится, поджав ноги, потому что в полный рост вытянуть их нет возможности.

У меня тетка раньше любила в нее сажать провинившихся рабов. Запирала в клетке, лишая еды. Выводила дважды в день в дисциплинарную, порола и возвращала обратно.