Книга Искушение. Мой непокорный пленник, страница 56 – Виктория Виноградова

— Так вы действительно хотите подвергнуть казни раба, поведавшего вам о заслугах наших воинов?

Мужчины замялись, замотали головами и начали расступаться, вспомнив о важных делах.

— Пойдем поболтаем, — Ликея подхватила меня под руку, уводя подальше от толпы.

Хмурый Маркус пошел за нами.

— Откуда у тебя такой грозный вояка? — усмехалась Ликея, разглядывая брюнета.

— Это не раб, а сплошное наказание, — оставшись с сестрой градоправителя наедине, я перешла на более дружеский тон. — Кажется, боги меня прокляли, подослав этого самоубийцу.

— Чей он?

— Госпожи Эйстерии.

— О-о-о… — протянула очеровательная покровительница, — Тогда вдвойне сочувствую.

Я нашла взглядом Эйстерию. Та недовольно смотрела на меня, но не решалась подойти, пока со мной беседовала Ликея.

— Ты спасла этого безмозглого осла от смерти, зато похоже навлекла смертную кару на меня, — я кивнула на искаженное злобой лицо Эйстерии.

Ликея хихикнула:

— За это можешь не переживать. Спасу и тебя от смерти. Ты мне нужна живой. Я там такого мальчика прикупила…

С Ликеей мы были не сказать, что в дружеских отношениях — все-таки разница статусов давала о себе знать. Но общались меж собой довольно непринужденно и часто. А все из-за ее страсти к симпатичным юношам. Причем, такие истории происходили регулярно и каждый раз развивались по одному и тому же сценарию. Начиналось всегда с того, что Ликее попадался на глаза какой-нибудь обаятельный раб, которого она не задумываясь покупала, чтобы спасти прекрасного незнакомца от незавидной участи.

Сестра правителя имела весьма прогрессивные взгляды на рабов и всегда стремилась относиться к ним по-человечески. В этом мы были с ней довольно схожи. Но если я все-таки знала меру и старалась держать подопечных в рамках правил, то Ликея вела себя крайне неразумно.

Как только объект симпатии переступал порог ее дворца, сердобольная госпожа принималась щедро баловать новенького: покупала ему дорогие наряды и украшения, водила с собой в общественные места, угощала деликатесами. И попутно приглашала меня для частных уроков, чтобы я в короткие сроки обучила юношу этикету.

Поначалу объекты воздыхания Ликеи вели себя вполне разумно и благодарно. Они были счастливы, что смогли вырваться из нищеты, да еще и переехать жить во дворец самого градоправителя. Но в какой-то момент их далеко не самые светлые головы посещала одна и та же мысль: что праздник жизни не закончится никогда, особенно если играть на чувствах Ликеи.

Им всем казалось, что ее влюбленность настолько сильна, что благородная госпожа согласится на что угодно, лишь бы осчастливить их. Юноши принимались капризничать, устраивать драматические скандалы с обидами и жалобами на свое рабское положение, требовать дать им статус свободного гражданина, купить отдельный дом и взять в официальные мужья.

Но они не учитывали одного: Ликея хоть и была невероятно добра, но ее точно нельзя было назвать дурой. Она сразу понимала, когда ею пытаются манипулировать. Как только раб начинал считать, что Ликея у него на коротком поводке и ей можно вертеть, как вздумается, чувства блондиночки мигом остывали, и раба отправляли куда-нибудь в провинцию.

Единожды разочаровавшись в человеке, второго шанса Ликея не давала. Аристократка быстро оправлялась от неудачного любовного романа, а затем находила себе новую пассию.