Онлайн книга «Любовь оборотня»
|
Дома никого не было. Мама уже две недели сидела в родовом поместье в Каше-Абри, ставила опыты на бедных обезьянках. Отец рано утром укатил в бюро к своим чертежам и расчётам. Родители виделись хорошо если раз месяц, но как ни странно, были довольны своим браком. «У нас с Ри будет не так», — думал Даниэль. Ещё мальчишкой он видел Вертексов на отдыхе в Мисьюде. Они проводили время вместе, купались, смеялись, и грозный оборотень, которого боялась сама бабка Окта, бегал босиком по кромке прибоя, катая на спине маленькую дочурку. До чего же Даниэль тогда им завидовал! Вот какой должна быть семья… Он бросил в сумку еды, прихватил летнюю одежду и вылетел во двор, где среди вишен и слив пряталась их общая с отцом мастерская. Для души. Половину помещения занимали станки, верстаки, сборочное оборудование, ящики с кристаллами и инструментами, доски для расчётов и формул, чертёжные автоматы, пара настоящих автоматнов для тяжёлых работ в углу и всевозможные устройства на разных стадиях готовности. Вторая половина была отдана аэромобилю-амфибии, любимому проекту отца. Даниэль помогал ему с удовольствием, но сам мечтал создать зонд, который достигнет одной из лун и возьмёт пробу её грунта. Когда-нибудь… Он сдёрнул брезент с отцовской амфибии. Видом аппарат походил на касатку и мог принять на борт двоих. Многое еще требовалось доделать, но, главное, пташка была на ходу. Даниэль кинул сумку на сидение, послал команду раздвижным воротам… А в последний момент подошёл к чертёжной доске и чиркнул пару слов отцу. Глава 4 Карита выскочила на палубу в одном купальнике: красные шортики в белый горошек и белый лиф с завязками на шее — в горошек красный. Втянула носом дивный запах йода и соли, подставила лицо океанскому бризу. Дух захватило от простора, блеска и синевы вокруг; вода и небо гляделись друг в друга, как влюблённые. Карита даже засмеялась от избытка чувств. И нечего на неё глазеть! Она мечтала об этом все восемь часов полёта до плавучей базы. Даже дольше. Ещё в Шафлю на трапе аэромобиля подставила ладонь мелкому дождику и позволила эпидермису немного измениться. Совсем чуточку. Но папа заметил и предупреждающе кашлянул. Он был против подъёма таинственного корабля: лежал тысячу лет, пусть и дальше лежит, мир целее будет. Если он вообще есть, этот корабль. Когда выяснилось, что всё-таки есть, папа добился, чтобы куратором проекта от Магистериума назначили именно его. Подошвы пляжных шлёпанцев стучали по стальным ступеням; волны с плеском лизали опоры, в небе реяли альбатросы. Карита спустилась на нижнюю, опорную, палубу, откуда должен был отправляться батискаф. Экскурсия для контролёров Магистериума — полюбоваться подводным миром, взглянуть на корабль до начала непосредственной подготовки к подъёмным работам. Среди сотрудников базы хватало женщин, и они тоже ходили полураздетыми, но мужчины почему-то таращились именно на Кариту. Ясно было, что они думают: дочка гранд-советника явилась за казённый счёт понежиться на солнышке, посверкать ножками… База представляла собой комплекс плавучих платформ, построенный специально для изучения Затонувшего материка — многоярусный город с трансляционными вышками и причальными мачтами для грузовых дирижаблей, со складами, мастерскими, лабораториями, жильём для сотрудников, депо для сложных механизмов, камерами для рабочих автоматонов и оргаматов, то есть автоматонов органических, соединяющих в себе механизмы и живую материю. Для создания последних разрешалось использовать только смертельно больных животных. Мама подозревала, что биомагнетики пренебрегают ограничением, но на базе все оргаматы были законными — папа за этим следил. |