Книга Акцентор, страница 87 – Вероника Десмонд

Трудно отрицать, что не любуюсь им. Он очень высокий и, очевидно, обладает внушительной силой. Темные джинсы облегают сильные бедра, толстовка подчеркивает широкие плечи, часть татуировки видна на открытой области шеи, но полный рисунок трудно разобрать.

Когда мы ехали в машине, я бросила сумку на заднее сиденье, заметив белую рубашку, которую он оставил, и что-то похожее на черный костюм. Интересно, как он выглядит в этой одежде? Без маски дьявола и капюшона?

Неожиданное волнение бьет меня в живот. Я смотрю на его лицо, и вдох застревает в моих легких. Все его внимание сосредоточено на мне, а взгляд пристальный и темный – в точности такой, когда он душил меня пистолетом.

— Ты закончил?

Уголки его губ приподнимаются.

— С чем?

— С готовкой. Это ведь песто-паста? – проклятье, почему мой голос такой задушенный?

— Да, Элеонор. Хочешь назвать меня хорошим мальчиком за то, что я приготовил тебе любимое блюдо?

Иисус.

Меня нервирует вся ситуация. Стыд покрывает каждый дюйм моего тела, а температура поднимается до критической точки. Я не могла сказать это вслух.

— Мышка, – он подходит ближе. Его большие ладони касаются моего лица, и я на миг зажмуриваюсь, когда меня целуют в лоб. – Ты вся красная. И начни дышать.

А потом он смеется.

Черт меня побери, он смеется самым красивым смехом из всех, что я когда-либо слышала.

— Мне нравится твой смех, – вдруг шепчу я, очарованная пугающей темнотой в глазах напротив. Его тело напрягается. – И голос. У тебя очень красивый голос.

Его взгляд вдруг меняется до прекрасного теплого оттенка. Его влияние пугает меня до такой степени, что я не уверена, смогу ли я когда-нибудь посмотреть на кого-то другого.

— Забудь, – шепчу я, желая потереться щекой о его ладонь. Кажется, мне нужна срочная антисоциопатическая помощь. – Наверное, я сошла с ума.

— Я не забуду, Элеонор, – он касается поцелуем моего лба, и я кусаю губу. Его чертовы контрасты. – Я ничего и никогда не забывал. Садись за стол.

Когда он отстраняется, я внезапно обнаруживаю, что мне не хватает его тепла, но я отказываюсь принимать эту идею. Это нездорово. Черт, все, что со мной происходит, нездорово.

Я иду к кухонному острову и сажусь на высокий табурет, затем делаю глубокий вдох, в основном чтобы успокоиться. Гребаный монстр раскладывает пасту по тарелкам, затем достает бутылку воды из холодильника, протягивает мне полный стакан и наливает себе виски.

— Я могу хотя бы узнать твое второе имя?

Он садится рядом со мной и взбалтывает жидкость у себя в бокале. Его темные глаза продолжают впиваться в мою душу.

— Зачем?

— Мне нужно как-то к тебе обращаться.

— Я хочу, чтобы ты называла меня моим первым именем. Пока можешь называть меня Богом. Мне понравилось.

— Тогда скажи свое первое имя.

— Тогда игра закончится, – он кивает в сторону остывающей пасты и командует: – Ешь.

Я беру вилку и спрашиваю:

— Где ты научился готовить?

— Мой брат научил меня. Приятного аппетита, детка, – он взъерошивает мои волосы. – Чтобы хорошо скакать на моем члене, ты должна хорошо питаться.

Вау. Это первое откровение за этот вечер. Я имею в виду первую часть.

— Твой брат любит готовку?

— Любил. Он умер.

— Прости, я… – я замолкаю на секунду. – Я соболезную. Как это произошло?

Продолжая улыбаться, он снова приказывает: