Книга Сыграем в любовь, или Фиктивная невеста, страница 20 – Юлия Обручева

Оксана

Я иду вслед за Аликой и чувствую, как давит мне в спину тяжелый взгляд Стамира. Концентрируюсь на розовых волосах и выбрасываю весь разговор с ним из головы. Вот только голос с будоражащей хрипотцой забыть не получается. Он словно встал на бесконечный повтор.

Несколько секунд, и морок проходит, а я вспоминаю, зачем я сюда явилась. И что заглядываться на любовника сестры в моей системе координат — верх неприличия.

В голове противно ухает. А голос Стамира затихает. Теперь я слышу только пульсацию.

Алика, покачивая бедрами, подходит к столу. Почти театральным движением дергает мышкой. Застывший экран вспыхивает, и я вижу шаблон уже знакомого мне соглашения о неразглашении.

Девица нарочито печально вздыхает:

— Не понимаю, чему я должна вас учить… — она сводит черные брови и капризно надувает губы. Кликает по зеленой иконке.

Мне хочется предложить ей сходить к шефу и переспросить. Но решаю, что слишком рано мне еще разбрасываться шпильками. И я заглушаю вспыхнувшую неприязнь.

— Это график неотложных дел, — томно, с долей высокомерия комментирует Алика развернувшуюся на весь экран таблицу.

В глазах рябит от красных, синих, зеленых и желтых цветов. Не таблица, а новогодняя елка.

Склоняюсь к монитору. Всматриваюсь. Из голоса Алики исчезают томные нотки, а высокомерные усиливаются, и она начинает пояснять.

— Это встречи. Столбец обозначает дату. Строка — время и с кем намечена встреча.

— Цвета что означают? — торопливо спрашиваю, потому что Алика уже тянется мышью к крестику в правом углу экрана.

— Красный, — соизволяет объяснить блондинка, — это встречи, которые отменить нельзя ни при каких обстоятельствах. Синий… перенести можно. В крайнем случае отменить. Но лучше не злоупотреблять. Зеленый — можно переносить и отменять как вздумается. Кажется, все.

Алика смотрит на таблицу и поджимает губы.

— А желтые строки что обозначают? Там нет записей.

— Желтым отмечено время, на которое никого нельзя записывать. Что делает в эти часы господин Огнев, нам знать не положено.

Алика встала из-за монитора и направилась к шкафам. Я прошла следом.

— Здесь хранится кофе, — открыла она дверцу, и комнату наполнил густой аромат. — Господин Огнев предпочитает стандартные сорта. Без изысков, — пожала она плечами.

— Кофемашины нет?

— Это временный офис, скоро будет релокация в Болгарию, на родину Ста… господина Огнева. Поэтому здесь ничего нет.

Цокая каблуками, она подошла к следующему шкафчику. Брякнула дверца.

— Здесь чай. А вот чай господин Огнев предпочитает особый. Белый. Придется учить вас его завариванию, — нахмурила она лицо.

А я только сейчас заметила, как много туши на ее ресницах.

— Для всех остальных чай следует подавать стандартный — черный.

Она закрыла шкафчик и нарочито лениво подошла к еще одному предмету мебели, похожему на сервант. Достала из него электрический и керамический чайники. Из притаившегося в углу кулера, который я только сейчас заметила, наполнила электрический и сунула его вилку в розетку.

Через пару минут ожидания Алика залила в фарфоровый чайник кипяток. И с видом аристократки, обучающей челядь, принялась комментировать свои действия.

— Эту воду надо слить, идем сюда, — показала она на небольшую дверь в стене. — Там кухня. Но мы ею пользуемся, только если готовимся к корпоративу.