Книга Развод: ты назвал меня базарной бабой?!, страница 105 – Ева Рейн

Людмила повернулась к ней лишь на секунду. Зоя смотрела на Геннадия, не ища поддержки у хозяйки и не ожидая, что теперь её поблагодарят. В этом было что-то новое и важное: она сама остановила попытку повторить прежний обман. Геннадий отвёл взгляд первым, но не потому, что признал её правоту вслух. Ему просто нечего было добавить, не возвращаясь к только что произнесённому признанию.

— Я платила за год, потому что ты обещал закончить работы, — сказала Тамара. Она вытащила из сумки сложенный лист, хотя Людмила знала, что копия давно есть у Натальи. — Если деньги сразу ушли на твоё, чем ты собирался делать то, что обещал мне? Ты ведь не говорил: заплати, а там посмотрим, что останется.

Геннадий ответил, что рассчитывал на другие поступления. Тамара уточнила, были ли они обеспечены к моменту передачи, и он после паузы сказал, что нет. Мужчина из соседнего места спросил, давала ли Людмила согласие на предложенную в феврале годовую оплату, как ему сообщили. Геннадий произнёс, что условия он предлагал сам и жена о последних договорённостях тогда не знала. Людмила опустила глаза к столу. Даже после решения и первого возврата слышать это от него оказалось иначе, чем читать в собранных бумагах.

Женщина с постельным бельём спросила, останутся ли в силе их оплаченные месяцы, если остаток долга задержится. Людмила ответила сама: останутся, как было обещано с первого дня. Геннадиев расчёт с рынком не превращает их платёж в долг перед новой хозяйкой. Сейчас вернули два миллиона семьсот тысяч, оставшаяся сумма должна поступить до конца января. Наталья коротко подтвердила, что порядок согласован, и на этом разговор о сроках закончился без новых предложений обсудить их когда-нибудь позже.

Павел Ильич наконец отошёл от стены и сел на свободный стул. Сказал, что не ожидал такого поворота, хотя всё равно помнит, сколько Геннадий сделал раньше. Людмила ответила, что не требует от него забывать прежнюю помощь или прекращать знакомство. Ей нужно было исправить обвинение, которое мешало работать и разговаривать с людьми. Как каждый будет относиться к бывшему хозяину дальше, они решат сами. Павел Ильич посмотрел на Геннадия, затем опустил руки на колени и больше не вмешивался.

Людмила закрыла папку с подтверждением платежа. Она знала, что могла бы продолжить: напомнить о машине, о мартовских вечерах, о том, как Геннадий называл её базарной бабой и советовал вернуться к своим. Хотелось хотя бы один раз заставить его выслушать всё без возможности прервать. Но люди пришли не присутствовать при полном разборе её брака. Прямое признание прозвучало, несколько важных вопросов получили ответы, сумма и срок больше не были предметом спора. Она сказала, что теперь готова обсудить работу после окончания оплаченного года.

Галина раздала подготовленные листы. У тех, кто внёс годовой платёж в феврале, срок заканчивался в конце следующего февраля; затем Людмила предлагала обычную помесячную оплату. Сумму для каждого места указывали заранее, чтобы человек мог посчитать и решить, подходит ли ему продолжение. Отвечать сегодня не требовалось. Хозяйка попросила спокойно прочитать условия, прийти с вопросами и предупредить, если кто-то собирается уходить, чтобы можно было без спешки договориться о вывозе товара.