Книга Двойные неприятности для бывшего, страница 27 – Катя Озерова

— Что ты делаешь? — шепчет растерянно.

Я делаю то, что делать не стоит: вспоминаю, оцениваю, сравниваю прошлое с настоящим, заглядываюсь на женские прелести бывшей. Ерундой страдаю, вот что я делаю…

Если Аля рассталась с отцом Миши, у нее же сейчас кто-то есть? У такой красивой, соблазнительной женщины не может никого не быть. Уверен, мужчины липнут к ней, жаждут ее внимания. Даже я, учитывая прошлое, все равно облизываюсь на нее, как кот на сметану.

Склоняюсь ниже, чтобы ярче ощутить ее запах, провожу носом по растрепанным волосам, касаясь виска.

— Почему ты такая бессердечная, а?

— Я не бессердечная, — вырывается у нее с надрывом. Тонкие ладони упираются мне в грудь, сжимают футболку. — Отпусти меня, Бероев!

— Скажи правду, — мой голос наполняется хрипотцой. Ладони на столешнице ближе скользят к ее телу и смыкаются на тонкой талии. Резко сжимаю, подсаживаю ее наверх, на столешницу. Аля растеряна, ойкает, хватает меня за майку.

— Немедленно прекрати! — требует громким шепотом прямо мне в губы.

— Даже не собираюсь, — отвечаю, прижимаясь к Але еще ближе. — Расскажи мне, чего же такого тебе не хватало? Он был лучше в постели? Может, ты из тех, кто любит жестко, а я и не догадывался?

— Немедленно замолчи!

— Так надо было мне сказать, мы бы что-нибудь придумали, — цежу сквозь зубы вкрадчиво.

— Ты спятил, Тимур! — бросает она в ответ.

Кажется, в этом она права. У меня рядом с ней потихоньку слетает самоконтроль. Ни с кем и никогда не слетал. Только с ней. Отец еще тогда говорил мне, чтобы я был осторожен, потому что есть женщины, которые могут погубить мужчину. Я смеялся. Разве вот это нежное, милое создание в состоянии меня погубить? Она может только сделать меня счастливым.

Полный идиот!

Все вышло именно так, как сказал отец. Аля ушла, я натворил кучу глупостей, женился почти сразу на финансово выгодной партии, завел с ней ребенка. Я как будто хотел все время этой девчонке что-то доказать. О нас с женой писали в газетах, показывали по телеку. Каждый раз мне хотелось, чтобы Аля увидела и пожалела, что ушла. Чтобы поверила в то, что не была для меня особенной, и что ее место легко заняла другая женщина — еще лучше, чем она.

Аля резко поворачивает голову, и ее губы по касательной притрагиваются к моим. Это и оказывается последней каплей, точкой невозврата, моментом, когда мой самоконтроль окончательно рушится. Ладонь путается в ее волосах, стягивает их. Я глушу Алин удивленный всхлип поцелуем, и мы вместе валимся на столешницу. Меня ослепляет яркой вспышкой желания. Я не целую — я пью эту женщину, как живой источник. Как с ней, мне хорошо ни с кем не было… Ладонью скольжу по бедру под халат, касаюсь теплой, бархатной кожи. Сердце стучит в висках, по телу проносятся горячие волны. Алины тонкие пальчики с силой вжимаются в мои плечи.

— Да блин… — из гостиной доносится недовольный детский возглас, и на пол падает что-то стеклянное.

Мозг включается мгновенно. Я отшатываюсь от Али. Мы оба резко поворачиваемся ко входу в кухню.

— А чего это вы тут без света? — интересуется Миша и проходит между нами. — Я пить хочу.

— Сейчас, — Аля быстро соскальзывает со столешницы и набирает сыну стакан воды.

— Кажется, я там что-то разбил, — зевает ее сын.

— Не поранился? — волнуется Аля.