Книга Секретный ингредиент Маргариты, страница 68 – Лия Джей

Сажусь за стол и открываю меню. Паша перелистывает свое так непринужденно, будто тут уже раз пятьсот бывал. Мажор, что с него взять? А я сегодня, пожалуй, закажу только десерт. Нахожу свой любимый классический чизкейк, но цены рядом не вижу. Кручу головой в поисках официанта, чтобы вручить ему эту бесполезную книжонку для содержанок и заставить обменять на нормальное меню, но тут музыканты начинают играть. Я озадаченно хмурюсь. В зале никого, кроме нас с Пашей, нет.

— Может, сказать им, чтобы подождали остальных зрителей?

— Никто больше не придет.

— Почему ты так думаешь?

— Я выкупил все билеты. Это вечер для нас двоих, Маргарита.

Вот так все true crime истории и начинаются…

— С дуба рухнул, Воронцов? — Я нервно хихикаю.

С того самого, толстовского, и упал прямиком в обрыв Гончарова. Знатно головой приложился, в общем.

— Почему же?

Он ставит локти на край стола, подпирает кулаками подбородок и пялится на меня своими обворожительными шоколадно-карими глазами. Чуть прищуривается, в очередной раз напоминания, у кого из нас ресницы длиннее. Запрещенный метод.

— Ты моя «девушка». Я твой «парень». Разве я не могу устроить тебе свидание?

— Какое свидание? Мы же шли на концерт для проекта. И вообще, зачем нам сейчас играть пару? Мишки рядом нет.

Я нервничаю, но стараюсь этого не показывать. Вонзаю ногти в ладонь. Судорожно вспоминаю, со мной ли браслетик-талисман. Со мной. Я точно его не снимала.

— А может, он следит за тобой через скрытую камеру? Вон там где-нибудь.

Паша тыкает пальцем вверх, и я поднимаю голову. Стеклянные трубочки сверкают сине-зелеными огнями. Они то опускаются, то поднимаются, пуская волны по потолку. Значит, тогда на входе мне не показалось! Только теперь кристаллики двигаются быстрее, в такт музыке. Солирует скрипка, выпуская из-под смычка трогательную мелодию. Кристаллики подхватывают ее и разносят по сторонам, погружая комнату в магию светомузыки. Выглядит это просто волшебно, как настоящее северное сияние!

Трясу головой, прогоняя романтический флер, и бросаю на Пашку строгий взгляд.

— Может, ты мне уже объяснишь, в чем дело?

— Расслабься, Марго, — Паша подзывает жестом официанта. — Наслаждайся моментом. Тебе еще потом презентацию про концерт делать.

Хочу возмутиться, почему это он так ловко свалил наше совместное задание на меня одну, но Паша уже делает заказ. Потом официант подходит ко мне. Я беру чизкейк, но Воронцов добавляет:

— Еще одну паэлью с креветками, пожалуйста. И «Маргариту».

— Вторая Маргарита? Меня тебе мало, дорогой?

Официант отходит, убирая за спину руку в белой перчатке. Я смотрю на Воронцова и кокетливо прикусываю губу. Имею право поиздеваться над своим «парнем».

— Мне тебя всегда мало, дорогая.

Паша улыбается уголком губ. Кругом все сверкает. «Северное сияние», лавовые лампы, солнечные лучи, струящиеся сквозь окна. Искры отскакивают от стен и столешниц, зажигая своих двойников. Те попадают на глянец, рождают новые искры, и так до бесконечности. Будто в зеркальном лабиринте. Красиво, странно и страшно. Выбираешь коридор, думаешь: вот он тот самый, правильный! Но натыкаешься на холодное зеркало и свой испуганный взгляд. Идешь в другую сторону. Опять холод. И везде только ты.

Но в этот раз я точно знаю, куда идти. Там я чувствую тепло. Шестое чувство подсказывает мне, какие среди всех этих искорок настоящие. Те, что блестят в глазах Воронцова. Пытаясь их сосчитать, я смотрю на Пашу, пожалуй, слишком долго. Он не отводит взгляда. Вдалеке поет скрипка. Смычок напряженно скользит по струнам, но ощущение будто по моих ребрам. Кажется, вот-вот Паша встанет, опрокинув стол, и поцелует меня. Преграды исчезнут, лабиринт падет, и только кристаллики разбитых зеркал зависнут в воздухе, отражая свет, льющийся от нас двоих.