Книга Любовь цвета клубники, страница 73 – Лия Джей

— Да ты что? С чего ты это взяла?

Луи оборачивается к ней и складывает руки на груди.

— С того, что ты ведешь себя как ребенок!

Она резко разворачивается и, яростно стуча каблуками по плитке, выходит из зала. Луи делает пару шагов в ее сторону, а затем останавливается и смачно выругивается на итальянском. Такое длинное сочетание нецензурных слов я слышу впервые.

— Нам убрать блюда? – спрашивает официант после минутной гробовой тишины.

Луи вздрагивает, словно только сейчас до него доходит, что в комнате с Мартой они были не одни.

— Да… Да, уберите, пожалуйста, – отмахивается он, потом поворачивается к шефу: – С вами я свяжусь чуть позже. Спасибо за встречу.

— Марта обещала…

— Я с вами свяжусь. Всего хорошего, – сжимает он челюсть.

Из ресторана мы выходим молча. Молча едем в такси, которое я заказываю. Молча поднимаемся в квартиру. Марты внутри не оказывается. Луи отправляет кому-то сообщение – видимо, ей, – но Марта не отвечает.

— Она не писала, куда поедет? – осмеливаюсь поинтересоваться я.

Луи отрицательно качает головой.

Мы сидим на кухне. В квартире больше никого. Аленка в школе – нужно будет забрать часа через два. Я медленно пью холодный чай, оставленный с утра на столе. Луи барабанит пальцами по кружке с кофе. Черный без молока и без сахара. В воздухе чувствуется его горьковатый запах. И напряжение. Тикают часы, действуя на нервы. Хочется снять их со стены и со всего размаху ударить о плитку. Может, тогда время остановится? Исчезнут все условности, обязательства, а вместе с ними и проблемы?

Луи прожигает взглядом экран телефона. Каждую минуту обновляет ленту мессенджера, но сообщений от Марты нет. Отчасти я тоже переживаю за нее. Мало ли что девчонка с разбитым сердцем может натворить в чужой стране?

Но больше я, конечно, переживаю о собственном сердце, которое так и рвется наружу из грудной клетки. Мы не обсудили с Луи ровным счетом ни-че-го. Чтобы хоть как-то начать диалог, я говорю:

— Как смонтирую видео из ресторана, скину тебе. Посмотришь, может, нужно будет еще что-то вырезать… Что стоит хранить в секрете от подписчиков.

Я нервно усмехаюсь и закусываю губу. Луи отрывает взгляд от экрана, пристально смотрит на меня, щурясь, а затем вдруг откладывает телефон на край стола. Резко встав, он подходит к холодильнику.

— Мороженое хочешь?

Я неопределенно веду плечом.

— Купил, когда прошлый раз ходил за продуктами.

Луи достает из морозилки контейнер с бело-розовой этикеткой. Накладывает мороженое в стеклянную вазочку и ставит ее передо мной. Возвращаясь, он выбирает стул не напротив, где сидел до этого, а рядом со мной. Разворачивает его вполоборота, и мне тоже приходится чуть подвинуться, чтобы было удобнее разговаривать.

Но Луи опять молчит. Я беру вазочку в руки, зачерпываю ложкой мороженое и отправляю его в рот. Клубничное.

— А ты не будешь? – вздергиваю бровь.

— Буду.

Он слегка наклоняется ко мне, и я, секунду поколебавшись, протягиваю ему ложку с мороженым.

— Как тебе?

Спрашиваю, неотрывно следя за его изумрудными глазами. С виду они спокойны, как море на горизонте, но, если присмотреться, заметишь волны в разы крупнее тех, что набегают на берег. Высокие. Тревожные. Чарующе красивые.

— Вкусно, – шепотом отвечает он. – Хочется еще и еще.