Книга Любовь цвета клубники, страница 167 – Лия Джей

— Что такое? Да, я верю, что Вселенная – это всего лишь ребенок, который любит играть в пазлы, смотреть артхаусное кино и… есть рамен каждые выходные! – Она засмеялась, а затем заискивающе посмотрела на меня снизу вверх. – Сходим с тобой еще раз в то корейское кафе? Пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста!

Она сложила ладони вместе, и я, конечно же, сдалась.

— Сходим.

— С Луи?

— Куда ж я без него?

С Луи мы съехались, как только мать с Владиком перебрались в дом. По классике жанра они выбрали для дочери розовую мебель: полочки с деревянными бантиками по углам, шкаф с зеркалами и кроватку, под кружевным балдахином. Владик кидал мне фотку, в жизни я это произведение искусства не видела. Не хочу приезжать к ним в дом. Я буду там как ложка дегтя в бочке меда. Пусть лучше каждый из нас проживает отдельно свою сладкую жизнь. Может, однажды, когда моя обида угаснет, я все-таки заявлюсь к ним на порог. Интересно, сколько лет тогда будет моей сестре?

Так странно осознавать, что у меня она есть. Родной человек, который пока что выглядит как куколка в чепчике, но время пролетит быстро – не успею оглянуться, как она будет носить мои платья. Может, я даже отдам ей свое любимое – белое с клубничками.

Когда я узнала о маминой беременности, думала, что никогда не смогу принять в нашу семью еще одного человека. Но что-то во мне щелкнуло, когда я впервые увидела эту малышку на фотографии. У нее бабушкины глаза. Даже стало не по себе от мысли, что бабуля не умерла. Она просто сменила тело, чтобы снова быть рядом со мной.

— Что бы ни случилось, наши двери для тебя всегда открыты, – сказала мать, когда мы впервые созвонились после ее родов.

— То же самое для вас с Владом, – смилостивилась я.

— Конечно! Это, вообще-то, моя квартира, – усмехнулась мать. – Ну, ладно, живите пока со своим итальянцем. Не выгоняю я вас. Говорят, они иногда и в тридцать у родителей на шее сидят, так что твой еще активный. Ремонт вон какой сделал.

Мы с Луи переклеили обои и сменили мебель. Дверцы кухонных шкафчиков наконец перестали слетать с петель. А главное – ничто в квартире не напоминало мне о прошлой жизни. Новый этап. Новые мы.

— И готовит хорошо. – Мать расщедрилась на комплименты. – Кстати, можешь сказать ему спасибо за лазанью, которую он передавал Владику. Если бы не твой итальянец, мой муженек умер бы от голода, пока я была в роддоме.

Заходя сейчас на кухню, я вспоминаю этот разговор. Воздух пропитан соблазнительным запахом жареного мяса, итальянских трав и соуса бешамель. Луи готовит ту самую фирменную лазанью. Опершись плечом о дверной косяк, я наблюдаю за его отработанными движениями. Он помешивает фарш, и по его оголенной спине перекатываются мышцы. Подойдя ближе, целую его между лопаток. Луи оборачивается и накрывает мои губы своими.

— М-м, сладкая Frogoletta!

Лисья улыбка. Веселые лучики у глаз. Запах базилика и морского бриза. Уверена, от Луи всегда будет пахнуть Италией, солеными волнами и жарой, даже если всю оставшуюся жизнь он проведет со мной в России.

— Хорошие новости! Сегодня вечером доставят рояль.

— Из красного дерева?

Луи кивает, а я качаю головой, будто он купил себе за баснословные деньги абсолютно бесполезную игрушечную машинку – зато исполнил мечту детства.

— Кто-то обещал мне устроить на этом рояле концерт при свечах. – Я тяну его к себе за резинку домашних шорт. – Очень громкий и жаркий концерт…