Книга Любовь цвета клубники, страница 151 – Лия Джей

Я игриво улыбаюсь и прищуриваюсь в ожидании объяснений.

— Когда это ты обсуждала меня с Мартой?

— Пока ты говорил с Николасом в кабинете.

Короткий сухой ответ. Ника явно не хочет делиться подробностями.

— И что такого она тебе про меня рассказала?

— Что однажды ты засунул в стиралку с белыми скатертями красные трусы!

— Неправда! Это Маттео, подлец! – От возмущения я сажусь в кровати, скидывая с себя одеяло. – Кстати, про Николаса. Как ты поняла, что у него упал сахар?

— Типичные признаки гипогликемии, – бросает Ника и отворачивается, обнимая подушку. – Я ведь слежу за Аленкой, что-то да знаю.

— Но, когда Николасу стало плохо, у тебя в руке уже была таблетка.

— Ему было плохо еще во время нашего разговора в кабинете. Холодный пот, тремор… Давай не будем об этом, не лучшее воспоминание.

Луи

7 ноября

Пока Ника спит, я тихонько сползаю с кровати и выхожу из дома в первом, что попадается под руку: джинсы Маттео с дурацкой надписью «sexy» на пятой точке, папина зеленая футболка и моя старая оранжевая куртка. Плевать на внешний вид, мне нужно просто дойти до ближайшего супермаркета. Хочу купить клубнику и сделать Нике на завтрак смузи.

Проходя мимо прилавка с сыром, вижу знакомое темное каре. Марта стоит ко мне спиной – в черной куртке и черных джинсах. На руках замечаю красные митенки. Не перчатки, про которые говорил дед, но все же я невольно вспоминаю его сон.

А что, если Вселенная правда нас слышит и порой дает знаки? Как жаль, что мы абсолютно не умеем их считывать.

Я делаю вид, что не замечаю Марту, но потом мы снова пересекаемся – у кассы. Оплачиваю клубнику, а она два огромных пакета продуктов. Подхватив их, Марта направляется к выходу. Догнав ее, я молча забираю пакеты, и мы выходим на улицу, как семейная пара. Пытаюсь успокоить себя тем, что я просто ей помогаю и в этом нет ничего странного.

— Как Николас? – спрашивает она, когда мы подходим к пешеходному переходу.

Машин нет, и мы решаем не ждать, когда загорится зеленый.

— Уже лучше. Врачи сказали, у пожилых людей бывает такое. Надо тщательнее следить за рационом, поменьше курить и больше двигаться. И, желательно, избавиться от любого стресса. Думаю, он поэтому и спихнул рестораны на нас с Маттео, – усмехаюсь я. – Кстати, как родители отреагировали?

— В шоке, конечно. Как еще? Считают Николаса предателем.

— А ты? – я смотрю на нее краем глаза.

— А я считаю предателем тебя.

Я замираю у скамейки. Ставлю на нее пакеты и поворачиваюсь к Марте. Скрестив руки на груди, она сверлит меня грозным взглядом.

— Но и я не лучше. – На ее лице появляется грустная улыбка. – Ты не простишь меня за то, в чем я сейчас признаюсь. И это хорошо. Мы разойдемся, я разлюблю тебя, и все будут счастливы.

Ее куртка расстегнута, и я замечаю, что она сняла ожерелье с гранатами.

— Это я подожгла ресторан. А Маттео мне помогал. Он думал, что после этого провала ты обратишься к нему за помощью и он наконец-то сможет подписать с тобой договор о филиале в Милане.

Я будто превращаюсь в мраморную статую. Никаких чувств. Даже удивления. Я все не мог понять, зачем кому-то было поджигать Il Rosso, но теперь пазл сложился.

— И вы подстроили все так, чтобы твои родители стали великими спасителями Il Rosso, – бесцветно произношу я. – Как удобно.