Книга Ненавистная жена, страница 41 – Янина Логвин

— Мне не нравится, когда мою жену лапают. И какого черта у тебя на работе одни мужики? Со многими ты так приветлива, как с тем сопляком? Может, и лижитесь наедине?

Он вновь заставляет меня посмотреть на него. На часть упрямой скулы, на которой со вчерашнего дня успела выступить темная щетина, и прямой нос.

Ну типичный герой-сердцеед, опасный и взрывной. Ему бы в кино сниматься в роли главного «крейзи-мэна», а не на мне талант актера оттачивать.

— Не начинай, Отелло, я не буду оправдываться за то, чего нет. Даже знать не хочу о твоей нездоровой фантазии. И не разыгрывай ревность, здесь нет свидетелей. Я прекрасно знаю, как ты ко мне относишься.

— Я не обещал твоему отцу обращаться с тобой, как с чертовой принцессой! Я обещал тебя защищать.

— Надо же. — Я невольно отпускаю горький смешок, на миг поймав в отражении зеркала заднего вида темный взгляд. — Значит поэтому, Борзов, у меня от тебя с первого дня синяки на теле? Защитную хватку практикуешь?

Он молчит, уставившись на дорогу, сжав в пальцах руль, а мне даже жаль, что он не видит, как от моего смешка не остается и следа. Лишь тоска знакомо шевелится в душе, где уже и так тесно от серой действительности.

— Не переживай, преемник, — отвечаю бесцветно. — Я не принимаю на свой счет. Подозреваю, у тебя вообще проблемы с женщинами, поэтому ты ведешь себя, как дикий варвар. Так что будь я принцессой, это ничего бы не изменило. Некоторым не знакомо уважение.

— Нет у меня никаких проблем с бабами!

— Я так не думаю… муж. А думать я умею, ты в этом еще убедишься. Осталось понять, что именно ты пытаешься мне доказать и облегчить нам обоим жизнь.

Ну вот, снова выругался сквозь зубы. Ничего, я тоже не обещала отцу, что его избраннику будет со мной легко. Я бы вообще с удовольствием им ничего не обещала. Никому.

И не видела.

Борзов вдруг резко разворачивает руль и сворачивает на боковую дорогу. Промчав через несколько кварталов, останавливает машину перед незнакомым заведением, на котором ярким неоном горит вывеска «Эгоист», и размещена определенного рода реклама. Выключив двигатель, толкает дверь, выбирается из салона и бросает поверх плеча:

— Приехали. Выходи.

Куда приехали — я понимаю сразу, все слишком однозначно. А вот зачем — нет.

— Зачем мы здесь?

— Считай, что я голоден, будем ужинать.

Меня не часто можно удивить, но Борзову это удается. Он открывает мою дверь, и я уточняю:

— В стриптиз-баре? Ты серьезно?

Но мужчина передо мной и не думает шутить.

— Вполне. Здесь есть зона ресторана и приватные кабины. Тебя что-то смущает… жена? — темная бровь Ярослава приподнимается. — Может, хочешь сама приготовить ужин? Так скажи, и я подумаю.

Лучше бы он подумал, как извиниться перед Максимом, и как нам с ним разъехаться.

А лучше вообще исчез из моей жизни.

До сих пор я так и не рассмотрела цвет глаз моего мужа — слишком много в них всегда темноты. Наверняка, карие. Он нависает надо мной высокой фигурой, пригвождает к сидению колючим взглядом, и я отворачиваюсь. Потянувшись за кофтой, надеваю ее на себя и вешаю на плечо сумочку. На тихом упрямстве выхожу из внедорожника, коротко ответив:

— Нет, не хочу.

— Я так и думал. Идем!

Удивительно, но у Борзова хватает сообразительности открыть мне дверь, когда мы оказываемся у входа, и я уже готова сделать это сама. Жест не выглядит галантным, просто над плечом вдруг появляется рука, отодвигает вышибал, и мы заходим внутрь. И если парень-администратор и удивляется, увидев в компании завидного клиента меня — то вида не подает.